С конца XX века китайская экономика функционировала в основном с использованием рыночных, а не командно-распределительных механизмов. А банковская система Китая занималась обслуживанием кредитно-денежных потоков, а не только учетом централизованно распределяемых материальных ресурсов. Однако сфера действия рыночной экономики в Китае еще существенно ограничена государственным вмешательством (например, убыточные промышленные предприятия нередко не банкротятся, а получают финансовую подпитку со стороны государства), что влечет за собой и ограничение рыночной модели функционирования всех кредитно-финансовых институтов страны.
Несмотря на утверждение некоторых аналитиков о том, что финансово-банковская система Китая может представлять собой некий образец для подражания, у нее имеются свои слабые стороны.
Находясь в процессе адаптации, в условиях либерализации экономики, финансово-банковский сектор Китая сталкивается с целым рядом трудностей, одной из которых является очень большой объем невозвратных («плохих», то есть просроченных и безнадежных) кредитов. По некоторым оценкам, объем невозвратных кредитов достигает от 200 до 400 млрд. долларов, что составляет от 20 до 45 процентов остатка непогашенных кредитов и примерно такую же долю от ВВП Китая. Среди основных причин, которые способствуют росту безнадежных кредитов, главное место занимает сохранение элементов административного планирования, наложенных на систему рыночных отношений.
Если директивно планировавшиеся «лимиты кредитования» в 1998 году были отменены и коммерческие банки стали более свободными в своей кредитной политике, то так называемое «направляющее» индикативное планирование для государственных банков по-прежнему сохранялось. В 1998 году индикативный годовой план прироста кредитования основных фондов для госбанков был увеличен с 270 млрд. юаней до 370 млрд. юаней (8,3 юаня = 1 доллару). Ко всему прочему, государственные банки были обязаны кредитовать государственные предприятия, несмотря на результаты их хозяйственной деятельности. В итоге объемы безнадежных долгов государственных предприятий в общем объеме безнадежных долгов составила около 70 процентов по долгосрочным и 55 процентов по краткосрочным кредитам.
Вторым слабым звеном финансово-банковской системы Китая до недавнего времени было неэффективное использование кредитных ресурсов. Коэффициент монетизации достигал 130 процентов – один из самых высоких показателей в мире. При этом объемы депозитов населения в банках составляли более 600 млрд. долларов, то есть свыше 60 процентов ВВП. В этой ситуации одной из главных задач для китайской банковской системы являлось и является превращение сбережений в инвестиции. Однако решение этой задачи еще до недавнего времени наталкивалось на ряд трудностей, связанных с монополией четырех государственных банков, на долю которых приходилось 90 процентов сбережений и более 80 процентов инвестиций. Объектами кредитования этих банков являлись в основном государственные предприятия, куда в 90-е годы поступало 85–90 процентов всех выданных госбанком кредитов.
В качестве третьего звена выступает уровень такого показателя банковской надежности, как «норматив достаточности капитала» (capital adequacy ratio). К примеру, в 1998 году Министерство финансов Китая потратило 32,5 млрд. долларов на пополнение собственного капитала четырех специализированных государственных банков (Промышленный торговый банк, Сельскохозяйственный банк, Народный строительный банк, Банк Китая) с тем, чтобы довести этот показатель до уровня 6 процентов, рекомендованного ОЭСР для стран – членов этой организации. Для того, чтобы его повысить до 10 процентов, то есть до уровня, считающегося приемлемым для развивающихся стран, Китаю требовалось около 100 млрд. долларов (около 10 процентов ВВП Китая).
Еще одним слабым звеном финансовой системы Китая являются высокие затраты на рабочую силу и небольшая производительность труда в китайских банках. В банковском секторе Китая, в 150 тыс. банков и их отделений, занято примерно 1,7 млн. работников. По показателю «отношение активов к числу занятых» – около 750 тыс. долларов – Китай отстает от всех стран мира. Четверка наиболее крупных банков Китая тратит на оплату труда банковских служащих от 85 до 90 процентов своих доходов.
Ко всему этому добавляется еще одна не менее важная проблема – финансовая система Сянгана (бывшего Гонконга). Финансовая система Сянгана представляет собой мост между китайской экономикой и мировым финансовым рынком и к тому же весьма развитая и открытая по международным стандартам. Поэтому сохранение баланса фондового и валютного рынка Сянгана жизненно важно для Китая. И, несмотря на собственные большие валютные резервы этого нового административного района Китая, решение данной задачи требует от Пекина постоянного внимания к развитию финансовой ситуации в Сянгане и определенных финансовых затрат, необходимых для того, чтобы защитить гонконгский доллар от периодических атак международных финансовых спекулянтов.
Однако в такой слабости может быть сокрыта и сила. Это утверждение вполне может быть применено к финансовой системе Китая. Ключ к пониманию парадокса состоит, как уже отмечалось, в соответствии недостаточно развитой финансово-банковской системы Китая недостаточно свободным рыночным отношениям в нем. Закрытость китайских фондовых рынков от внешнего мира, а также государственная поддержка ведущих банков и отсутствие свободной торговли валютой позволили Китаю не попасть под прямые удары азиатского финансового кризиса, охватившего в 1997 - 1998 годах пять неиндустриальных тихоокеанских экономик: таиландскую, малайзийскую, филиппинскую, индонезийскую и южнокорейскую.
Недостаточно развитая, по современным меркам, финансово-банковская система Китая не допустила в период азиатского финансового кризиса катастрофического оттока из страны капитала и обвала китайской банковской системы с тяжелыми социальными последствиями, связанными с неизбежной волной протестов со стороны частных вкладчиков. Финансовая система Китая также оказалась в состоянии не допустить девальвации юаня и позволяет до сих пор не прибегать к ней.
Последнее обстоятельство для Китая имеет большое политическое и экономическое значение. Естественно, что устойчивость китайской национальной валюты на фоне девальвации национальных валют в странах – соседях по региону, не могла не отразиться на позиции китайских экспортеров на азиатских и мировых рынках. Однако твердость Китая в поддержании стабильного курса юаня и его усилия по поддержанию гонконгского доллара способствовали повышению политических акций страны в регионе. Сегодня мы видим, что политический выигрыш ценой краткосрочных экономических потерь помог Пекину заручиться региональной поддержкой при решении вопроса о вступлении страны в ВТО. По предварительным расчетам, членство в ВТО обеспечит Китаю в ближайшие годы дополнительные 4 - 5 процентных пунктов среднегодовых темпов прироста национального экспорта.
После финансового кризиса остро возник вопрос о необходимости реформирования китайской финансово-банковской системы. Руководству страны стало ясно, что при существующей слабости китайских банков открытие финансовой системы внешнему миру опасно повторением азиатского кризиса, но уже на китайской территории. Однако, с другой стороны, без большей степени финансовой открытости и без финансовой либерализации трудно рассчитывать на значительный приток новых иностранных инвестиций. Вывод был сделан весьма логичный: чтобы открыться, надо укрепиться, то есть избавить финансово-банковский сектор от его ключевых проблем – тормозов развития.
Те финансовые реформы, которые сейчас проходят в современном Китае, нацелены на две основные цели: первая – укрепление финансово-банковской системы для ее дальнейшей либерализации; вторая – поддержание соответствия между банковской системой и проводимой политикой в реальном секторе экономики. В связи с этим предполагаются следующие действия.
Усиление позиций и реформирование работы Народного банка Китая (НБК) – китайского центрального банка. Со временем предполагается превратить НБК в подобие американской федеральной резервной системы. В свою очередь НБК надеется более тщательно наблюдать за операциями коммерческих банков через свои недавно укрупненные региональные отделения, обеспечив последним независимость от местных органов власти. Основными задачами НБК являются дерегулирование режима установления процентных ставок и эффективное проведение политики в отношении их формирования.
Как уже отмечалось, в Китае существует четыре главных государственных банка, которые берут на себя всю основную нагрузку по кредитованию экономики. В целях повышения эффективности и надежности этих банков предполагается снятие с них нагрузки по кредитованию затратных государственных проектов и нерентабельных государственных предприятий. Для дальнейшего кредитования экономики в Китае были созданы три так называемых «политических» банка, основной задачей которых стало финансирование реальной экономики в основном за счет бюджетных средств. Были также образованы специальные финансовые «агентства по управлению активами», которым передаются невыплаченные госпредприятиями кредиты «большой четверки» государственных банков. Тем самым государственные банки освобождаются от тяжелого бремени. А агентства должны будут заниматься реструктуризацией и продажей «плохих» кредитов.
В целях поощрения развития частного предпринимательства китайские власти стимулируют создание в стране частных банков. Также стоит вопрос о либерализации фондового рынка, необходимой для увеличения притока иностранных портфельных инвестиций.
В целях стимулирования внутреннего спроса в Китае предпринимаются попытки побудить вкладчиков более активно тратить свои сбережения. К примеру, в 1999 году были существенно снижены проценты по депозитам. Кроме этого, в качестве стимулятора спроса в 1999 году был введен налог на проценты по вкладам. Наравне с этим была создана система кредитования частного жилищного строительства. Приобретение жилья китайскими гражданами за счет использования части из 600 млрд. долларов на частных депозитах видится властям путем комплексного решения двух глобальных проблем: проблемы ликвидности и жилищной.
Однако провозглашение реформ банковской системы и системы государственных промышленных предприятий еще не означает их успех. В Китае, как уже было отмечено выше, накоплен определенный опыт по поддержанию адекватности финансового и реальных секторов экономики, однако при этом намеченные реформы фактически требуют усиления роли частного предпринимательства при соответствующем уменьшении реальной власти государственных административно-бюрократических структур и, следовательно, ослабления социально-политического статуса возглавляющих их людей.
Следует отметить, что за прошедшие 20 лет, руководствуясь политикой реформ и открытости внешнему миру, Китаем в основном совершен переход с плановой экономической системы на социалистические рыночно-экономические рельсы. Китайское народное хозяйство сохранило непрерывный и быстрый рост. Среднегодовой прирост ВВП достигал 9,7 процента. В 2000 году ВВП Китая впервые превысил 1 трлн. долл. США.
В период реформ непрерывно развивалась и укреплялась финансовая система. К концу 2000 года общий объем активов финансовой системы страны составил 19,7 трлн. юаней, то есть по сравнению с 1980 годом увеличился в 65 раз. В общем объеме активов доля банковской системы составляет 91 процент, фондовой – 7, страхование – 2 процента.
Итогом прошедшего десятилетия явилось создание финансовой системы, соответствующей социалистической рыночной экономике. Во-первых, создана она с использованием денежной политики для косвенного регулирования макроэкономики в Китае. С 1993 года Народный банк Китая начал проводить денежную политику, направленную на ограничение роста денежной массы. С начала 1994 года объем денежной массы в Китае стал промежуточной целью в денежной политике. Посредством регулирования объема денежной массы успешно сдерживается инфляция.
После финансового кризиса 1997 года в Юго-Восточной Азии Китай начал проводить более стабильную денежную политику. Вместе с тем с 1998 года отменены длительное время применявшиеся ограничения в распределении кредитных лимитов. Эффективная денежно-кредитная политика и постоянное снижение процентных ставок привели к сдерживанию темпов инфляции, сохранению стабильности юаня, способствовали ускоренному развитию народного хозяйства.
Во-вторых, была создана система конкурентоспособных финансовых организаций различных форм собственности. Большая часть исторически сложившихся безнадежных ссуд была передана государственными коммерческими банками компаниям по управлению финансовыми активами, позволив тем самым постепенно повысить качество кредитов. Создано более 120 акционерных коммерческих банков, активы которых составляют 14 процентов всех банковских активов Китая. В конце апреля нынешнего года в Китае действовало 184 банка с иностранным капиталом, а доля предоставленных ими валютных кредитов составила 20 процентов всех этих кредитов.
В-третьих, создана открытая, упорядоченная и конкурентоспособная система финансовых рынков. На основе вексельного рынка, рынка межбанковских кредитов и межбанковского рынка облигаций сформирован единый денежный рынок. На основе рынка государственных, банковских и корпоративных облигаций и акций развивается фондовый рынок. В конце 1999 года на внутреннем и внешнем рынках котировались акции 1121 компании, суммарная капитализация которых составила 4,8 трлн. юаней, или 57 процентов ВВП. Сделан первый шаг по осуществлению эмиссии акций на рыночных условиях и формированию рыночного механизма определения котировок акций, создан единый национальный валютно-биржевой рынок и режим управления курсом юаня на основе рыночных требований, что позволило эффективно стабилизировать национальную валюту. Быстро выросли валютные резервы страны, достигнув в мае этого года 179 млрд. долларов США, в связи с чем увеличилась способность противостояния влиянию международных финансовых рисков.
В-четвертых, создана новая система контроля по отдельным банковским и операциям с ценными бумагами, страхованию. Заложены основы финансово-правовой системы: законы о Народном банке Китая, о компаниях, о коммерческих банках, ценных бумагах, страховании и другие составляют законодательную базу регулирования финансовой сферы.
Библиография:
1) Алпатов С. Б., Антипова О. Н., Ушаков В. А. Реорганизация системы народного банка Китая // Банковское дело. 2005. – № 12.
2) Джомо К.С. Либерализация мировой финансовой системы и кризис развития восточно-азиатских стран // Постиндустриальный мир и Россия. – М.: Эдиториал УРСС, 2004.
3) Киреев А. Международная экономика. – М.: Международные отношения, 2004.
4) Китай в мировой и региональной политике. – М.: ИДВ, 2004.
5) Китай: шансы и вызовы глобализации. Тезисы докладов XIV Международной научной конференции. Москва, 23-25.09.2003 (в 2-х тт.). – М.: ИДВ, 2005.
6) Кураков Л.П. и др. Современные банковские системы: Учеб. пособие. – М.: Гелиос АРВ, 2005.
7) Михайлов Д.М. Мировой финансовый рынок: тенденции и инструменты. – М.: Экзамен, 2002.
8) Наумов И.Н. Стратегия экономического развития КНР в 1996-2020 гг. и проблемы ее реализации. – М.: ИДВ РАН, 2005.
9) Серединов Э.М. Мировая банковская система в условиях глобального экономического спада // Банковское дело. 2002. № 2
10) Усоскин В.М. Базельские стандарты адекватности банковского капитала: эволюция подходов // Деньги и кредит. 2000. № 3.
11) Цзиньжун шибао. 2004-2005.
12) Шарп У., Александер Г., Бэйли Дж. Инвестиции: Пер. с англ. – М.: ИНФРА-М, 2006. – 1024 с.
13) Щербакова Г.Н. Банковские системы развитых стран. – М.: Экзамен, 2006.
14) Энг М.В. и др. Мировые финансы: Пер с англ. – М.: ДеКА, 1998.
Несмотря на утверждение некоторых аналитиков о том, что финансово-банковская система Китая может представлять собой некий образец для подражания, у нее имеются свои слабые стороны.
Находясь в процессе адаптации, в условиях либерализации экономики, финансово-банковский сектор Китая сталкивается с целым рядом трудностей, одной из которых является очень большой объем невозвратных («плохих», то есть просроченных и безнадежных) кредитов. По некоторым оценкам, объем невозвратных кредитов достигает от 200 до 400 млрд. долларов, что составляет от 20 до 45 процентов остатка непогашенных кредитов и примерно такую же долю от ВВП Китая. Среди основных причин, которые способствуют росту безнадежных кредитов, главное место занимает сохранение элементов административного планирования, наложенных на систему рыночных отношений.
Если директивно планировавшиеся «лимиты кредитования» в 1998 году были отменены и коммерческие банки стали более свободными в своей кредитной политике, то так называемое «направляющее» индикативное планирование для государственных банков по-прежнему сохранялось. В 1998 году индикативный годовой план прироста кредитования основных фондов для госбанков был увеличен с 270 млрд. юаней до 370 млрд. юаней (8,3 юаня = 1 доллару). Ко всему прочему, государственные банки были обязаны кредитовать государственные предприятия, несмотря на результаты их хозяйственной деятельности. В итоге объемы безнадежных долгов государственных предприятий в общем объеме безнадежных долгов составила около 70 процентов по долгосрочным и 55 процентов по краткосрочным кредитам.
Вторым слабым звеном финансово-банковской системы Китая до недавнего времени было неэффективное использование кредитных ресурсов. Коэффициент монетизации достигал 130 процентов – один из самых высоких показателей в мире. При этом объемы депозитов населения в банках составляли более 600 млрд. долларов, то есть свыше 60 процентов ВВП. В этой ситуации одной из главных задач для китайской банковской системы являлось и является превращение сбережений в инвестиции. Однако решение этой задачи еще до недавнего времени наталкивалось на ряд трудностей, связанных с монополией четырех государственных банков, на долю которых приходилось 90 процентов сбережений и более 80 процентов инвестиций. Объектами кредитования этих банков являлись в основном государственные предприятия, куда в 90-е годы поступало 85–90 процентов всех выданных госбанком кредитов.
В качестве третьего звена выступает уровень такого показателя банковской надежности, как «норматив достаточности капитала» (capital adequacy ratio). К примеру, в 1998 году Министерство финансов Китая потратило 32,5 млрд. долларов на пополнение собственного капитала четырех специализированных государственных банков (Промышленный торговый банк, Сельскохозяйственный банк, Народный строительный банк, Банк Китая) с тем, чтобы довести этот показатель до уровня 6 процентов, рекомендованного ОЭСР для стран – членов этой организации. Для того, чтобы его повысить до 10 процентов, то есть до уровня, считающегося приемлемым для развивающихся стран, Китаю требовалось около 100 млрд. долларов (около 10 процентов ВВП Китая).
Еще одним слабым звеном финансовой системы Китая являются высокие затраты на рабочую силу и небольшая производительность труда в китайских банках. В банковском секторе Китая, в 150 тыс. банков и их отделений, занято примерно 1,7 млн. работников. По показателю «отношение активов к числу занятых» – около 750 тыс. долларов – Китай отстает от всех стран мира. Четверка наиболее крупных банков Китая тратит на оплату труда банковских служащих от 85 до 90 процентов своих доходов.
Ко всему этому добавляется еще одна не менее важная проблема – финансовая система Сянгана (бывшего Гонконга). Финансовая система Сянгана представляет собой мост между китайской экономикой и мировым финансовым рынком и к тому же весьма развитая и открытая по международным стандартам. Поэтому сохранение баланса фондового и валютного рынка Сянгана жизненно важно для Китая. И, несмотря на собственные большие валютные резервы этого нового административного района Китая, решение данной задачи требует от Пекина постоянного внимания к развитию финансовой ситуации в Сянгане и определенных финансовых затрат, необходимых для того, чтобы защитить гонконгский доллар от периодических атак международных финансовых спекулянтов.
Однако в такой слабости может быть сокрыта и сила. Это утверждение вполне может быть применено к финансовой системе Китая. Ключ к пониманию парадокса состоит, как уже отмечалось, в соответствии недостаточно развитой финансово-банковской системы Китая недостаточно свободным рыночным отношениям в нем. Закрытость китайских фондовых рынков от внешнего мира, а также государственная поддержка ведущих банков и отсутствие свободной торговли валютой позволили Китаю не попасть под прямые удары азиатского финансового кризиса, охватившего в 1997 - 1998 годах пять неиндустриальных тихоокеанских экономик: таиландскую, малайзийскую, филиппинскую, индонезийскую и южнокорейскую.
Недостаточно развитая, по современным меркам, финансово-банковская система Китая не допустила в период азиатского финансового кризиса катастрофического оттока из страны капитала и обвала китайской банковской системы с тяжелыми социальными последствиями, связанными с неизбежной волной протестов со стороны частных вкладчиков. Финансовая система Китая также оказалась в состоянии не допустить девальвации юаня и позволяет до сих пор не прибегать к ней.
Последнее обстоятельство для Китая имеет большое политическое и экономическое значение. Естественно, что устойчивость китайской национальной валюты на фоне девальвации национальных валют в странах – соседях по региону, не могла не отразиться на позиции китайских экспортеров на азиатских и мировых рынках. Однако твердость Китая в поддержании стабильного курса юаня и его усилия по поддержанию гонконгского доллара способствовали повышению политических акций страны в регионе. Сегодня мы видим, что политический выигрыш ценой краткосрочных экономических потерь помог Пекину заручиться региональной поддержкой при решении вопроса о вступлении страны в ВТО. По предварительным расчетам, членство в ВТО обеспечит Китаю в ближайшие годы дополнительные 4 - 5 процентных пунктов среднегодовых темпов прироста национального экспорта.
После финансового кризиса остро возник вопрос о необходимости реформирования китайской финансово-банковской системы. Руководству страны стало ясно, что при существующей слабости китайских банков открытие финансовой системы внешнему миру опасно повторением азиатского кризиса, но уже на китайской территории. Однако, с другой стороны, без большей степени финансовой открытости и без финансовой либерализации трудно рассчитывать на значительный приток новых иностранных инвестиций. Вывод был сделан весьма логичный: чтобы открыться, надо укрепиться, то есть избавить финансово-банковский сектор от его ключевых проблем – тормозов развития.
Те финансовые реформы, которые сейчас проходят в современном Китае, нацелены на две основные цели: первая – укрепление финансово-банковской системы для ее дальнейшей либерализации; вторая – поддержание соответствия между банковской системой и проводимой политикой в реальном секторе экономики. В связи с этим предполагаются следующие действия.
Усиление позиций и реформирование работы Народного банка Китая (НБК) – китайского центрального банка. Со временем предполагается превратить НБК в подобие американской федеральной резервной системы. В свою очередь НБК надеется более тщательно наблюдать за операциями коммерческих банков через свои недавно укрупненные региональные отделения, обеспечив последним независимость от местных органов власти. Основными задачами НБК являются дерегулирование режима установления процентных ставок и эффективное проведение политики в отношении их формирования.
Как уже отмечалось, в Китае существует четыре главных государственных банка, которые берут на себя всю основную нагрузку по кредитованию экономики. В целях повышения эффективности и надежности этих банков предполагается снятие с них нагрузки по кредитованию затратных государственных проектов и нерентабельных государственных предприятий. Для дальнейшего кредитования экономики в Китае были созданы три так называемых «политических» банка, основной задачей которых стало финансирование реальной экономики в основном за счет бюджетных средств. Были также образованы специальные финансовые «агентства по управлению активами», которым передаются невыплаченные госпредприятиями кредиты «большой четверки» государственных банков. Тем самым государственные банки освобождаются от тяжелого бремени. А агентства должны будут заниматься реструктуризацией и продажей «плохих» кредитов.
В целях поощрения развития частного предпринимательства китайские власти стимулируют создание в стране частных банков. Также стоит вопрос о либерализации фондового рынка, необходимой для увеличения притока иностранных портфельных инвестиций.
В целях стимулирования внутреннего спроса в Китае предпринимаются попытки побудить вкладчиков более активно тратить свои сбережения. К примеру, в 1999 году были существенно снижены проценты по депозитам. Кроме этого, в качестве стимулятора спроса в 1999 году был введен налог на проценты по вкладам. Наравне с этим была создана система кредитования частного жилищного строительства. Приобретение жилья китайскими гражданами за счет использования части из 600 млрд. долларов на частных депозитах видится властям путем комплексного решения двух глобальных проблем: проблемы ликвидности и жилищной.
Однако провозглашение реформ банковской системы и системы государственных промышленных предприятий еще не означает их успех. В Китае, как уже было отмечено выше, накоплен определенный опыт по поддержанию адекватности финансового и реальных секторов экономики, однако при этом намеченные реформы фактически требуют усиления роли частного предпринимательства при соответствующем уменьшении реальной власти государственных административно-бюрократических структур и, следовательно, ослабления социально-политического статуса возглавляющих их людей.
Следует отметить, что за прошедшие 20 лет, руководствуясь политикой реформ и открытости внешнему миру, Китаем в основном совершен переход с плановой экономической системы на социалистические рыночно-экономические рельсы. Китайское народное хозяйство сохранило непрерывный и быстрый рост. Среднегодовой прирост ВВП достигал 9,7 процента. В 2000 году ВВП Китая впервые превысил 1 трлн. долл. США.
В период реформ непрерывно развивалась и укреплялась финансовая система. К концу 2000 года общий объем активов финансовой системы страны составил 19,7 трлн. юаней, то есть по сравнению с 1980 годом увеличился в 65 раз. В общем объеме активов доля банковской системы составляет 91 процент, фондовой – 7, страхование – 2 процента.
Итогом прошедшего десятилетия явилось создание финансовой системы, соответствующей социалистической рыночной экономике. Во-первых, создана она с использованием денежной политики для косвенного регулирования макроэкономики в Китае. С 1993 года Народный банк Китая начал проводить денежную политику, направленную на ограничение роста денежной массы. С начала 1994 года объем денежной массы в Китае стал промежуточной целью в денежной политике. Посредством регулирования объема денежной массы успешно сдерживается инфляция.
После финансового кризиса 1997 года в Юго-Восточной Азии Китай начал проводить более стабильную денежную политику. Вместе с тем с 1998 года отменены длительное время применявшиеся ограничения в распределении кредитных лимитов. Эффективная денежно-кредитная политика и постоянное снижение процентных ставок привели к сдерживанию темпов инфляции, сохранению стабильности юаня, способствовали ускоренному развитию народного хозяйства.
Во-вторых, была создана система конкурентоспособных финансовых организаций различных форм собственности. Большая часть исторически сложившихся безнадежных ссуд была передана государственными коммерческими банками компаниям по управлению финансовыми активами, позволив тем самым постепенно повысить качество кредитов. Создано более 120 акционерных коммерческих банков, активы которых составляют 14 процентов всех банковских активов Китая. В конце апреля нынешнего года в Китае действовало 184 банка с иностранным капиталом, а доля предоставленных ими валютных кредитов составила 20 процентов всех этих кредитов.
В-третьих, создана открытая, упорядоченная и конкурентоспособная система финансовых рынков. На основе вексельного рынка, рынка межбанковских кредитов и межбанковского рынка облигаций сформирован единый денежный рынок. На основе рынка государственных, банковских и корпоративных облигаций и акций развивается фондовый рынок. В конце 1999 года на внутреннем и внешнем рынках котировались акции 1121 компании, суммарная капитализация которых составила 4,8 трлн. юаней, или 57 процентов ВВП. Сделан первый шаг по осуществлению эмиссии акций на рыночных условиях и формированию рыночного механизма определения котировок акций, создан единый национальный валютно-биржевой рынок и режим управления курсом юаня на основе рыночных требований, что позволило эффективно стабилизировать национальную валюту. Быстро выросли валютные резервы страны, достигнув в мае этого года 179 млрд. долларов США, в связи с чем увеличилась способность противостояния влиянию международных финансовых рисков.
В-четвертых, создана новая система контроля по отдельным банковским и операциям с ценными бумагами, страхованию. Заложены основы финансово-правовой системы: законы о Народном банке Китая, о компаниях, о коммерческих банках, ценных бумагах, страховании и другие составляют законодательную базу регулирования финансовой сферы.
Библиография:
1) Алпатов С. Б., Антипова О. Н., Ушаков В. А. Реорганизация системы народного банка Китая // Банковское дело. 2005. – № 12.
2) Джомо К.С. Либерализация мировой финансовой системы и кризис развития восточно-азиатских стран // Постиндустриальный мир и Россия. – М.: Эдиториал УРСС, 2004.
3) Киреев А. Международная экономика. – М.: Международные отношения, 2004.
4) Китай в мировой и региональной политике. – М.: ИДВ, 2004.
5) Китай: шансы и вызовы глобализации. Тезисы докладов XIV Международной научной конференции. Москва, 23-25.09.2003 (в 2-х тт.). – М.: ИДВ, 2005.
6) Кураков Л.П. и др. Современные банковские системы: Учеб. пособие. – М.: Гелиос АРВ, 2005.
7) Михайлов Д.М. Мировой финансовый рынок: тенденции и инструменты. – М.: Экзамен, 2002.
8) Наумов И.Н. Стратегия экономического развития КНР в 1996-2020 гг. и проблемы ее реализации. – М.: ИДВ РАН, 2005.
9) Серединов Э.М. Мировая банковская система в условиях глобального экономического спада // Банковское дело. 2002. № 2
10) Усоскин В.М. Базельские стандарты адекватности банковского капитала: эволюция подходов // Деньги и кредит. 2000. № 3.
11) Цзиньжун шибао. 2004-2005.
12) Шарп У., Александер Г., Бэйли Дж. Инвестиции: Пер. с англ. – М.: ИНФРА-М, 2006. – 1024 с.
13) Щербакова Г.Н. Банковские системы развитых стран. – М.: Экзамен, 2006.
14) Энг М.В. и др. Мировые финансы: Пер с англ. – М.: ДеКА, 1998.
