«Почему женщина, да еще блондинка, способна освоить премудрости валютной торговли, а я мужчина, да еще брюнет нет?» - задавал он мне вопрос. «Счет закрыть мы всегда успеем!» - сказал он, выслушав мои сомнения. «Хочу сходить к вам в дилинговый центр и записаться на обучение» - огорошил он меня. «Вот только его там и не хватало!» - подумала я, улыбнувшись, и сказав мужу «Конечно, конечно!». Самонадеянность моего мужа по поводу способностей «брунетов-мужчинов» меня несколько позабавила, так как отрицательных примеров трейдеров, успешно потративших на неудачную игру не одну тысячу баксов в дилинговом центре было хоть отбавляй.
И вот в один из понедельников утром мы собрались и приехали на работу вместе. Часов в одиннадцать появился наш руководитель группы. Выслушав мое решение уйти, менеджер-калмык сказал: «Ты чего??!!! У тебя хорошо получалось!!! А эти убытки - так сейчас предвыборная компания в Америке, поэтому никакие сигналы и не работают. Подожди недельки две. Рынок в период политических потрясений, к коим относится предвыборная компания, называется «неопределенным»! а в «неопределенный рынок» что? Не входить!!! Таков закон. Иди, отдохни, съезди в отпуск на пару недель!».
«Какой отпуск?!!! Когда мой муж собрался учиться!!!» - задала вопрос я.
Менеджер одобрил нашу идею с обучением и записал мужа в группу. Теперь на мою голову регулярно сыпались те же вопросы, что когда-то задавала я. И они в действительности раздражали. После очередной лавины хотелось послать мужа далеко и надолго, но я терпеливо отвечала ему на все вопросы, чтоб он не тратил столько времени на изучение рынка самым научным методом «прямого тыка», которым в свое время пришлось широко пользоваться мне.
Обилие особей мужского пола и полное отсутствие женщин сначала поразили мою вторую половину. Потом он начал потихоньку ревновать. Оказывается, он не особо верил моим рассказам, впрочем, как и все мужики, частенько привирал сам и думал, что я тоже ему вру.
А тут еще мне стал названивать знакомый Жора. Мы с ним учились в одной группе у китайцев, но он ушел с практики, не захотев рисовать графики. Его вдруг очень заинтересовало устройство дилингового центра. Оказывается, он уже работал в банке и создавал подобный дилинговый центр по заданию своего руководства. В обмен на ценную информацию, он обещал мне должность руководителя группы трейдеров, которых будут набирать. Перспектива работы в банке мне понравилась. Я стала при любом удобном случае рассматривать, какими устройствами был оснащен дилинговый центр, сколько человек обслуживало такое количество трейдеров, короче заделалась у китайцев шпионкой.
Муж продолжал обучение и уже перешел к процессу построения графиков. У него, как и у доброй половины учеников, не хватало терпения, и он постоянно отвлекался, особенно, когда я проходила мимо ученического стола и садилась за компьютер для проведения технического анализа. Я краем глаза следила за реакцией учеников, и старалась идти с гордо поднятой головой и важным, задумчивым взглядом, дабы показать, насколько сильным может быть отрыв в интеллекте у блондинки и кучи трейдеров мужеского пола. Сев за компьютер, я начинала с преувеличенно быстрой скоростью листать графики, ставить индикаторы, вызывая зависть и вздохи за своей спиной.
«Вот он пришел сладкий момент мести торжества разума! Теперь-то я отыграюсь на этих неопытных новеньких!» - думала я. Впрочем, этот момент кайфа продолжался недолго. Однажды, когда я сидела за аналитическим компьютером, внизу вдруг послышался шум, крики, а потом в зал ворвались несколько человек в масках с автоматами. «На пол! Всем лечь на пол лицом вниз!»- командовали они.
И я, и ученики начали потихоньку, как в замедленной съемке, сползать под столы. В первые секунды не было понятно, что это и как надолго. Торговый день был в разгаре. У многих трейдеров были открыты позиции. При попытке пошевелиться или повернуть голову, сразу следовал окрик: «Не шевелись, убью!». Не было похоже, что это обыск или операция спецназа. Действительно, разборки шли с китайцами за их ширмами.
До нас доносились отрывистые реплики с требованием денег, наличной валюты. Это оказался банальный бандитский налет. Слух о том, что в нашем дилинговом центре куются огромный деньги, каким-то образом достиг ушей бандитов, и они пришли требовать свой процент. В течение долгих трех часов мы лежали вповалку на полу и слушали объяснения китайцев через переводчика, что наличных денег здесь нет, и игра идет только на безналичные деньги. А за наличными надо ехать в банк. Они, конечно, лукавили, так как наличные у них были, ведь они (по рассказам одного из трейдеров) регулярно посещали казино и проигрывали там доллары в рулетку. Конечно, не совсем понятно - зачем выигрывать на форексе, чтобы потом проигрывать в казино?
Но китайцы оправдывали это тем, что нужно утолить страсть к игре, проиграв небольшие деньги в казино, зато потом зарабатывать на форексе, не рискуя, поддавшись пагубной страсти, проиграть большие деньги.
Трехчасовое лежание штабелями «мордой» в пол переполнило чашу моего терпения, и я решила, что пора звонить Жоре, и перейти работать в банк. Наконец бандиты уехали на своих джипах. Мы стали постепенно вставать и выползать кто откуда. Эмоции перехлестывали через край. Предложения были самыми разными, от вызова милиции до найма других бандитов. Но китайцы быстро всех успокоили, сказав, что всех выгонят и закроют площадку, если мы не начнем работать.
Ученики, попавшие под раздачу, просто не пришли больше, а трейдеры расходились по домам молча, сосредоточенно сгребая в сумки нужные и ненужные манатки.
Вечером я позвонила Жоре. Он сказал, что с понедельника я могу выходить на работу в банк.
Я, обрадованная открывшейся перспективе, еще не понимала, что блондинка-трейдер-руководитель группы в банке, еще большая редкость, так как там были одни молодые холеные великолепные мужики, с гигантскими амбициями и желанием во чтобы то ни стало продвинуться вверх по служебной лестнице, и как следствие - занять мое место.
Но начальство, дабы удержать хороших менеджеров с мощной мотивировкой на успех, нашло компромисс. Ко мне стали прикреплять учеников, чтобы я передавала опыт работы в рынке. Меня обязали выработать методику обучения трейдеров, по которой менеджеры, обученные мной в банке, будут в свою очередь обучать новых трейдеров, чтобы со временем образовалось несколько групп.
Конечно после китайско-валютно-бандитской развлекухи творческий процесс по созданию и написанию многочисленных документов, методических указаний и инструкций, казался неимоверной скучищей, но я успокаивала себя тем, что он временный. Вот придут ученики, клиенты, и в дилинговом центре забурлит жизнь.
Наступил торжественный момент открытия нашей форексной площадки.
Банк не поскупился на оформление. Банкет и пресс-конференцию заказали в лучшем тогда казино города. Были приглашены американские партнеры банка, которые специально для этого события приехали из Чикаго. Они работали на «полу» на СМЕ – Чикаго Меркантайл Эксчендж – так называлась самая популярная фьючерсная биржа Америки. На банкете мы под водочку старались расспросить про жизнь биржевых трейдеров как можно больше. Захмелевшие американцы изливали душу о сложности жизни на «полу».
То слово «пол», которое с придыханием произносили они, замолкая и ожидая от нас, видимо бурной реакции, не произвело на нас никакого впечатления. Поэтому последовали объяснения, что «пол» - это внутри биржи название того места, где трейдеры, имеющие счета больше одного миллиона долларов могли заключать сделки напрямую между собой. Это избранный круг трейдеров, так как «на пол» может вместиться от силы сто пятьдесят – двести человек, а брокерских контор, банков и просто трейдеров существовало в мире во много раз больше. Остальные довольствовались телефоном. Вспомнив ежедневную битву за обладание телефонной трубкой в момент начала движения цены у китайцев, мы почувствовали важность наших гостей и с повышенными усилиями стали их приглашать выпить и закусить.
Американец пригласил меня танцевать, и мы перешли из банкетного зала в общий, где начиналась культурная программа. Первые, на кого мы умудрились наткнуться, были китайцы – владельцы моего бывшего дилингового центра, которые оказались завсегдатаями этого казино.
Увидев меня под руку с американцем, они вытаращили, на сколько это было возможным свои узюсенькие глазки, и стали расспрашивать, куда это я вдруг исчезла из их дилингового центра. Хотя еще пару месяцев назад, они туманно намекали мне, что нельзя бесконечно выигрывать, пора бы хоть один клиентский счет им проиграть. Такое было негласное правило, что если ты проигрываешь китайцам один счет – а это ни много ни мало - пятнадцать тысяч долларов! То они потом к тебе хорошо относятся, дают хорошие котировки, могут даже повысить в должности до менеджера группы.
Тем временем на сцене общего зала началось выступление шоу «толстушек», которые проводили конкурс на «самого худого мужчину - посетителя казино». Они почти силой вытаскивали на сцену веселящихся в толпе людей. Туда попали и американцы, и менеджеры нашего банка. Про американцев, наверное, попросило наше руководство, так как янки были упитанными, откормленными хряками, а вот один из наших менеджеров был сущим дистрофиком. Конкурсантов заставили раздеться до пояса. Сантиметровой лентой всем измерили объем груди, талии, бицепсов. Потом их заставили принимать различные позы, как в соревнованиях по боди-билдингу. Наконец – выбрали победителя. Им оказался менеджер нашего банка.
В заключение толстушки сплясали с ним на сцене танец маленьких лебедей. Надо сказать, что толстушки, при всей массивности их габаритов, танцевали и порхали очень легко, как бабочки. А вот наш дистрофик подпрыгивал, выбрасывая руки, прямые как грабли вперед, топал, как слон, и вообще, выглядел достаточно неуклюже.
Смеялись все до коликов в животе. Много фотографировали, потом в банке на всеобщее обозрение вывесили стенгазету с фотографиями и прикольными комментариями. Как и когда я попала домой – честно сказать, я не помню. Муж говорит, что меня привел под руку Жора часа в три ночи. Оказывается Жора - абсолютный трезвенник, поэтому на него была возложена обязанность развезти гостей по гостиницам, а меня домой.
Американцы, утром на следующий день, сильно страдали от похмельного синдрома и на все предложения опохмелиться убегали в туалетную комнату. Мы пытались скрасить их страдания, рассказывали анекдоты, про опохмеляющихся и про Большие Бодуны, но юмор у них отсутствовал абсолютно. Самолет у американцев должен был улетать вечером, и в течение дня отпаивание чаем и кофе, помогло им слегка отойти от вчерашней попойки. Проводить их поручили самому трезвому Жоре и мне, как человеку, лучше всех в банке говорящему на английском языке… (Откуда начальство сделало такой вывод, про мой английский язык? Я читаю и понимаю по-английски, но разговаривать не могу! Много лет у меня языковый барьер!)
Алкоголь в сочетании с жаждой знаний, оказывается хорошее и эффективное средство для снятия языковых барьеров. Мне рассказывали, что я болтала с американцами вполне свободно, заменяя недостающие слова бурной жестикуляцией, и почти научила их говорить по-русски. Улетая, они пообещали в следующий свой приезд подарить мне самую ценную книгу в анализе финансовых рынков – книгу по теории волн Элиота. Грандиозные заработки на мощной научной основе – это то, что было нужно! Грезы о волнах уносили меня в далекое будущее… «Как бы тебя цунами не накрыло» - ворчал муж, пытаясь вернуть меня на грешную землю.
Они улетели… Но обещали вернуться, да еще с таким подарком!...
А меня снова зовет к барьеру финансовый рынок! Этот вечный поединок, не между быками и медведями, хотя, конечно и это, но поединок тореадора с рынком, где не факт, что ты выйдешь победителем – а так хочется!!!
И вот в один из понедельников утром мы собрались и приехали на работу вместе. Часов в одиннадцать появился наш руководитель группы. Выслушав мое решение уйти, менеджер-калмык сказал: «Ты чего??!!! У тебя хорошо получалось!!! А эти убытки - так сейчас предвыборная компания в Америке, поэтому никакие сигналы и не работают. Подожди недельки две. Рынок в период политических потрясений, к коим относится предвыборная компания, называется «неопределенным»! а в «неопределенный рынок» что? Не входить!!! Таков закон. Иди, отдохни, съезди в отпуск на пару недель!».
«Какой отпуск?!!! Когда мой муж собрался учиться!!!» - задала вопрос я.
Менеджер одобрил нашу идею с обучением и записал мужа в группу. Теперь на мою голову регулярно сыпались те же вопросы, что когда-то задавала я. И они в действительности раздражали. После очередной лавины хотелось послать мужа далеко и надолго, но я терпеливо отвечала ему на все вопросы, чтоб он не тратил столько времени на изучение рынка самым научным методом «прямого тыка», которым в свое время пришлось широко пользоваться мне.
Обилие особей мужского пола и полное отсутствие женщин сначала поразили мою вторую половину. Потом он начал потихоньку ревновать. Оказывается, он не особо верил моим рассказам, впрочем, как и все мужики, частенько привирал сам и думал, что я тоже ему вру.
А тут еще мне стал названивать знакомый Жора. Мы с ним учились в одной группе у китайцев, но он ушел с практики, не захотев рисовать графики. Его вдруг очень заинтересовало устройство дилингового центра. Оказывается, он уже работал в банке и создавал подобный дилинговый центр по заданию своего руководства. В обмен на ценную информацию, он обещал мне должность руководителя группы трейдеров, которых будут набирать. Перспектива работы в банке мне понравилась. Я стала при любом удобном случае рассматривать, какими устройствами был оснащен дилинговый центр, сколько человек обслуживало такое количество трейдеров, короче заделалась у китайцев шпионкой.
Муж продолжал обучение и уже перешел к процессу построения графиков. У него, как и у доброй половины учеников, не хватало терпения, и он постоянно отвлекался, особенно, когда я проходила мимо ученического стола и садилась за компьютер для проведения технического анализа. Я краем глаза следила за реакцией учеников, и старалась идти с гордо поднятой головой и важным, задумчивым взглядом, дабы показать, насколько сильным может быть отрыв в интеллекте у блондинки и кучи трейдеров мужеского пола. Сев за компьютер, я начинала с преувеличенно быстрой скоростью листать графики, ставить индикаторы, вызывая зависть и вздохи за своей спиной.
«Вот он пришел сладкий момент мести торжества разума! Теперь-то я отыграюсь на этих неопытных новеньких!» - думала я. Впрочем, этот момент кайфа продолжался недолго. Однажды, когда я сидела за аналитическим компьютером, внизу вдруг послышался шум, крики, а потом в зал ворвались несколько человек в масках с автоматами. «На пол! Всем лечь на пол лицом вниз!»- командовали они.
И я, и ученики начали потихоньку, как в замедленной съемке, сползать под столы. В первые секунды не было понятно, что это и как надолго. Торговый день был в разгаре. У многих трейдеров были открыты позиции. При попытке пошевелиться или повернуть голову, сразу следовал окрик: «Не шевелись, убью!». Не было похоже, что это обыск или операция спецназа. Действительно, разборки шли с китайцами за их ширмами.
До нас доносились отрывистые реплики с требованием денег, наличной валюты. Это оказался банальный бандитский налет. Слух о том, что в нашем дилинговом центре куются огромный деньги, каким-то образом достиг ушей бандитов, и они пришли требовать свой процент. В течение долгих трех часов мы лежали вповалку на полу и слушали объяснения китайцев через переводчика, что наличных денег здесь нет, и игра идет только на безналичные деньги. А за наличными надо ехать в банк. Они, конечно, лукавили, так как наличные у них были, ведь они (по рассказам одного из трейдеров) регулярно посещали казино и проигрывали там доллары в рулетку. Конечно, не совсем понятно - зачем выигрывать на форексе, чтобы потом проигрывать в казино?
Но китайцы оправдывали это тем, что нужно утолить страсть к игре, проиграв небольшие деньги в казино, зато потом зарабатывать на форексе, не рискуя, поддавшись пагубной страсти, проиграть большие деньги.
Трехчасовое лежание штабелями «мордой» в пол переполнило чашу моего терпения, и я решила, что пора звонить Жоре, и перейти работать в банк. Наконец бандиты уехали на своих джипах. Мы стали постепенно вставать и выползать кто откуда. Эмоции перехлестывали через край. Предложения были самыми разными, от вызова милиции до найма других бандитов. Но китайцы быстро всех успокоили, сказав, что всех выгонят и закроют площадку, если мы не начнем работать.
Ученики, попавшие под раздачу, просто не пришли больше, а трейдеры расходились по домам молча, сосредоточенно сгребая в сумки нужные и ненужные манатки.
Вечером я позвонила Жоре. Он сказал, что с понедельника я могу выходить на работу в банк.
Я, обрадованная открывшейся перспективе, еще не понимала, что блондинка-трейдер-руководитель группы в банке, еще большая редкость, так как там были одни молодые холеные великолепные мужики, с гигантскими амбициями и желанием во чтобы то ни стало продвинуться вверх по служебной лестнице, и как следствие - занять мое место.
Но начальство, дабы удержать хороших менеджеров с мощной мотивировкой на успех, нашло компромисс. Ко мне стали прикреплять учеников, чтобы я передавала опыт работы в рынке. Меня обязали выработать методику обучения трейдеров, по которой менеджеры, обученные мной в банке, будут в свою очередь обучать новых трейдеров, чтобы со временем образовалось несколько групп.
Конечно после китайско-валютно-бандитской развлекухи творческий процесс по созданию и написанию многочисленных документов, методических указаний и инструкций, казался неимоверной скучищей, но я успокаивала себя тем, что он временный. Вот придут ученики, клиенты, и в дилинговом центре забурлит жизнь.
Наступил торжественный момент открытия нашей форексной площадки.
Банк не поскупился на оформление. Банкет и пресс-конференцию заказали в лучшем тогда казино города. Были приглашены американские партнеры банка, которые специально для этого события приехали из Чикаго. Они работали на «полу» на СМЕ – Чикаго Меркантайл Эксчендж – так называлась самая популярная фьючерсная биржа Америки. На банкете мы под водочку старались расспросить про жизнь биржевых трейдеров как можно больше. Захмелевшие американцы изливали душу о сложности жизни на «полу».
То слово «пол», которое с придыханием произносили они, замолкая и ожидая от нас, видимо бурной реакции, не произвело на нас никакого впечатления. Поэтому последовали объяснения, что «пол» - это внутри биржи название того места, где трейдеры, имеющие счета больше одного миллиона долларов могли заключать сделки напрямую между собой. Это избранный круг трейдеров, так как «на пол» может вместиться от силы сто пятьдесят – двести человек, а брокерских контор, банков и просто трейдеров существовало в мире во много раз больше. Остальные довольствовались телефоном. Вспомнив ежедневную битву за обладание телефонной трубкой в момент начала движения цены у китайцев, мы почувствовали важность наших гостей и с повышенными усилиями стали их приглашать выпить и закусить.
Американец пригласил меня танцевать, и мы перешли из банкетного зала в общий, где начиналась культурная программа. Первые, на кого мы умудрились наткнуться, были китайцы – владельцы моего бывшего дилингового центра, которые оказались завсегдатаями этого казино.
Увидев меня под руку с американцем, они вытаращили, на сколько это было возможным свои узюсенькие глазки, и стали расспрашивать, куда это я вдруг исчезла из их дилингового центра. Хотя еще пару месяцев назад, они туманно намекали мне, что нельзя бесконечно выигрывать, пора бы хоть один клиентский счет им проиграть. Такое было негласное правило, что если ты проигрываешь китайцам один счет – а это ни много ни мало - пятнадцать тысяч долларов! То они потом к тебе хорошо относятся, дают хорошие котировки, могут даже повысить в должности до менеджера группы.
Тем временем на сцене общего зала началось выступление шоу «толстушек», которые проводили конкурс на «самого худого мужчину - посетителя казино». Они почти силой вытаскивали на сцену веселящихся в толпе людей. Туда попали и американцы, и менеджеры нашего банка. Про американцев, наверное, попросило наше руководство, так как янки были упитанными, откормленными хряками, а вот один из наших менеджеров был сущим дистрофиком. Конкурсантов заставили раздеться до пояса. Сантиметровой лентой всем измерили объем груди, талии, бицепсов. Потом их заставили принимать различные позы, как в соревнованиях по боди-билдингу. Наконец – выбрали победителя. Им оказался менеджер нашего банка.
В заключение толстушки сплясали с ним на сцене танец маленьких лебедей. Надо сказать, что толстушки, при всей массивности их габаритов, танцевали и порхали очень легко, как бабочки. А вот наш дистрофик подпрыгивал, выбрасывая руки, прямые как грабли вперед, топал, как слон, и вообще, выглядел достаточно неуклюже.
Смеялись все до коликов в животе. Много фотографировали, потом в банке на всеобщее обозрение вывесили стенгазету с фотографиями и прикольными комментариями. Как и когда я попала домой – честно сказать, я не помню. Муж говорит, что меня привел под руку Жора часа в три ночи. Оказывается Жора - абсолютный трезвенник, поэтому на него была возложена обязанность развезти гостей по гостиницам, а меня домой.
Американцы, утром на следующий день, сильно страдали от похмельного синдрома и на все предложения опохмелиться убегали в туалетную комнату. Мы пытались скрасить их страдания, рассказывали анекдоты, про опохмеляющихся и про Большие Бодуны, но юмор у них отсутствовал абсолютно. Самолет у американцев должен был улетать вечером, и в течение дня отпаивание чаем и кофе, помогло им слегка отойти от вчерашней попойки. Проводить их поручили самому трезвому Жоре и мне, как человеку, лучше всех в банке говорящему на английском языке… (Откуда начальство сделало такой вывод, про мой английский язык? Я читаю и понимаю по-английски, но разговаривать не могу! Много лет у меня языковый барьер!)
Алкоголь в сочетании с жаждой знаний, оказывается хорошее и эффективное средство для снятия языковых барьеров. Мне рассказывали, что я болтала с американцами вполне свободно, заменяя недостающие слова бурной жестикуляцией, и почти научила их говорить по-русски. Улетая, они пообещали в следующий свой приезд подарить мне самую ценную книгу в анализе финансовых рынков – книгу по теории волн Элиота. Грандиозные заработки на мощной научной основе – это то, что было нужно! Грезы о волнах уносили меня в далекое будущее… «Как бы тебя цунами не накрыло» - ворчал муж, пытаясь вернуть меня на грешную землю.
Они улетели… Но обещали вернуться, да еще с таким подарком!...
А меня снова зовет к барьеру финансовый рынок! Этот вечный поединок, не между быками и медведями, хотя, конечно и это, но поединок тореадора с рынком, где не факт, что ты выйдешь победителем – а так хочется!!!
