К услугам граждан, играющих на бирже, предлагается все больше софта, частично или полностью заменяющего человека при принятии решений о купле-продаже активов. Среди торговых роботов недавно был даже проведен конкурс, который показал, что играют они не хуже неопытных инвесторов, число которых сейчас быстро растет. Роботы готовы прийти им на помощь, потеснив управляющих — людей из обычных УК.
Cотрудник московской финансовой компании Triumph-AV Юрий Чеботарев в 1994 г. играл на фондовом рынке Сингапура. В торговом зале фьючерсной биржи ему доводилось видеть знаменитого теперь на весь мир трейдера старейшего английского банка Barings Ника Лисона. Тот вел себя, по словам Чеботарева, как самоуверенный, но безответственный человек. Рисовался, громко раздавал команды направо-налево. Всякий имевший уши прекрасно слышал, что Лисон играет против продолжения падения иены и японского индекса Nikkei 225, — ну как тут не попробовать всем вместе сыграть против самого Лисона? Вскоре, как известно, Лисон из-за операций с Nikkei крепко влип, проиграв миллиарды долларов и потопив Barings. Чеботарев, который сам за первые три месяца торговли на Сингапурской бирже спустил $70 000, пришел к выводу: ошибки трейдеров обусловлены в основном психологией. Значит, человеческий фактор нужно нейтрализовать. Жесткого контроля рисков можно добиться, лишь доверив принятие решений не подверженной эмоциям компьютерной программе — торговому роботу.
ВЫХОД НА АРЕНУ
С началом эры интернет-торговли на российском рынке в 1999-2000 гг. Чеботарев, прикладной математик по образованию, окончательно переквалифицировался в разработчики электронных торговых систем. Помимо автоматизации процесса совершения сделок его программные комплексы берут на себя собственно принятие инвестиционных решений, то есть фактически выступают в роли управляющих активами. Сейчас у Чеботарева уже появились конкуренты. После нескольких лет тестирования софта его разработчики все смелее предлагают себя на рынке в качестве портфельных менеджеров.
Финансовые структуры, которые могли бы поставить дело роботизации биржевой игры на промышленные рельсы, отнеслись поначалу к идеям Чеботарева с нескрываемым скепсисом. “Я обошел около 300 банков — никакого результата, — жалуется Чеботарев. — В то же время частные клиенты доверяют программам, особенно те, кто обжегся при работе с советами реальных управляющих”. Вопрос доверия сотрудникам инвесткомпаний со стороны частных биржевых игроков, число которых все увеличивается, действительно стоит остро. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть, что пишут трейдеры на своих форумах в Интернете. Нередко даже сбои связи в моменты существенного движения рынка они объясняют злым умыслом сотрудников ИК, а управляющих мелкие инвесторы к тому же ни разу в лицо не видели.
В конце концов холдинг Triumph-AV cогласился создать под Чеботарева небольшую лабораторию управляющих роботов. Ее фирменный продукт называется RobLab. Сами “лаборанты” с его помощью в течение двух лет обыгрывали рынок, показывая доходность 105% годовых. Минувшим летом проект сумел привлечь деньги частных клиентов — на первую рекламу пошли отклики со всей страны. Доход на сегодня, впрочем, скромен: пока на комиссионных удалось заработать лишь около 100 000 руб. — 20% заработанного дохода по счетам клиентов. Но лаборатория верит, что сумеет стать серьезным конкурентом “человеческим” управляющим компаниям.
“Спрос на биржевых роботов сформировался: сейчас он превышает предложение и разработчики конкурируют не друг с другом, а с традиционными УК”, — подтверждает Сергей Давыдкин, риск-менеджер ИК “Церих кэпитал менеджмент”. Эта инвесткомпания организовала бессрочный конкурс торговых систем, эффективность которых программисты решились презентовать публично: с сентября результаты роботов на реальных счетах можно отслеживать в Интернете (http://robot.zerich.ru). Тогда же компания в рамках сайта запустила “Магазин роботов”. По словам Давыдкина, через этот ресурс заинтересованность в приобретении программ или управлении активами с их помощью выразило около 200 посетителей. Часть стала клиентами разработчиков, что последних особенно порадовало, поскольку в этом и состояла цель. Создатели софта, способного управлять активами, сравнивают свой продукт с курицей, несущей золотые яйца. Продавать ее смысла нет, лучше привлекать клиентские деньги и жить на комиссию. Явные минусы начинания — отсутствие необходимой инфраструктуры, а также опыта привлечения и обслуживания частных клиентов “технарями”.
Управление чужими деньгами, как известно, жестко регулируется государством в лице Федеральной службы по финансовым рынкам (ФСФР), поэтому создателям роботов приходится проявлять смекалку. Например, Triumph-AV заключает с клиентом, по сути, договор об аренде программного комплекса: клиент сообщает программистам логин и пароль к своему счету у интернет-брокера, а те подключают робота, который и совершает сделки. При этом ни деньги, ни ценные бумаги клиента не попадают в руки лаборатории Чеботарева, соответственно, одобрение ее деятельности чиновниками из ФСФР не требуется. Комиссия зависит от суммы дохода и оплачивается отдельно.
Робота не продают, а платить комиссию не хочется? Если вы умеете программировать, то можете создать электронного управляющего сами, как это сделал клиент компании “Брокеркредитсервис” Сергей Гораджанов, выпускник МГТУ имени Баумана, которого в прошлом году друзья пригласили работать в новую фирму “Партнеры”. Тиражировать свои программные продукты “Партнеры” также не собираются. “Чтобы найти грааль, нужен талант”, — формулирует Гораджанов. Пусть другие сами его ищут.
Профессиональные фондовики, не спеша кооперироваться с IT-компаниями, исследуют новое поле своими силами. Пока этим занимаются в основном небольшие инвесткомпании. В частности, петербургская “Нева-Инвест” давно привлекает деньги под управление силами торгового робота. Один из участников цериховского конкурса роботов, инвесткомпания VSH-Holding, входит в группу Банка проектного финансирования.
В СЕРЕДИНЕ ПУТИ
Крупные финансовые структуры, разумеется, тоже занимаются автоматизацией своей деятельности, закупая или разрабатывая собственный дорогостоящий софт, который помогает не только покупать/продавать акции, но и осуществлять функции маркетмейкера или реализовывать стратегии на рынке срочных контрактов — фьючерсов и опционов. Просто свойственный финансовым гигантам консерватизм не позволяет им полностью довериться роботам. Развиваются скорее человекомашинные системы.
Трейдер лондонского офиса Citigroup Майкл Стивенс рассказал, например, что в его банке активно используются дорогие роботы, в том числе для генерации дохода, а не только с целью автоматизации рутинной офисной деятельности. Но оставлять их один на один с рынком банк не рискует. “Мы гордимся своими системами, но пока роботы все же плотно скоординированы с людьми”, — подчеркивает Стивенс.
Черты роботов постепенно приобретают обычные торговые системы компаний, предоставляющих услуги интернет-трейдинга. Простейший уровень автоматического управления счетом — приказ на совершение сделок при достижении акцией определенной цены. Сегодня эта услуга доступна в рамках обычных торговых программ, изначальная цель которых состояла только в обеспечении доступа к торгам.
К наиболее распространенным на рынке торговым системам QUIK и NetInvestor, а также таким собственным продуктам инвесткомпаний, как, например, Z-Trade (“Церих”) или Aton-line (“Атон”), любой желающий, обладающий навыками программирования, может приспособить собственного маленького робота. Вы пишете программу, реализующую вашу личную стратегию инвестирования, и торговая система воспринимает ее команды.
К услугам инвесторов также разнообразные аналитические программы, которые инвестиционных решений сами не принимают, но дают подсказки, облегчающие принятие таких решений человеку. Пока по популярности лидируют программы, использующие технический анализ. Самые известные — MetaStock, продукт компании Equis International (подразделение Reuters), и софт фирмы Omega Research. На валютном рынке Forex — программа Metatrader. Во все системы можно импортировать и экспортировать ряды данных и анализировать графики, используя широкий набор индикаторов теханализа. На их основе вы можете либо торговать вручную, либо, как уже сказано, написать программу, выдающую сигналы на покупку или продажу активов.
Руководитель отдела консультирования дилингового центра “Альпари” (рынок Forex) Дмитрий Раннев рассказал, что сам написал программу-“советника” для Metatrader на основе около 30 валютных пар и, проверяя ее работу раз в неделю, за восемь месяцев получил доход около 100%. По словам Раннева, на освоение техники программирования, которая позволяет писать такие программы, требуется 2-3 месяца, если у вас есть хотя бы начальное представление о языке C++. Не всех это устраивает. Частный инвестор из Москвы Кирилл Кощиенко, который все расчеты для анализа рынка привык проводить в Excel, изучать языки программирования не стал. Да и зачем, когда работа по трем валютным парам на Forex по давно отлаженной системе и так приносит около 100% годовых дохода? Суть же не в программе как таковой, а в той стратегии инвестирования, которую вы в нее заложите. “Основное преимущество использования торговых роботов на валютном рынке — экономия времени при уже составленной стратегии инвестирования. Без понимания основ рынка надеяться не на что”, — подтверждает вице-президент компании Forex Club Петр Татарников.
ВЕНЕЦ ТВОРЕНИЯ
А сколько можно заработать, если довериться торговому роботу? Не желая терять монополию на свои ноу-хау, разработчики роботов приводят еще один довод против продажи своего заветного софта. По их убеждению, одновременная игра большого количества участников рынка с использованием одного и того же алгоритма сведет на нет его эффективность, то есть массовость убьет программу. Довод заставляет вспомнить гипотезу об эффективности рынка, высказанную американским экономистом Юджином Фамой в 1970 г. Если вкратце, то суть гипотезы Фамы состоит в том, что рынок моментально и адекватно реагирует на любые события, а будущее его поведение не зависит от прошлого и потому непредсказуемо. Таким образом, рынок обыграть невозможно, а работа инвестиционных аналитиков и специалистов по техническому анализу лишена смысла. В самом деле, кого вы хотите обыграть, если все в состоянии так же глубоко изучить теханализ и следовать его рекомендациям? По аналогии лишены смысла и торговые роботы, когда они у всех есть. Да хоть бы и не у всех — рынок все равно не обыграть “по науке”, а только если повезет.
За без малого четыре десятка лет, впрочем, количество приверженцев теории Фамы сильно уменьшилось. Ряд убедительных возражений приведен, к примеру, в статье Бертона Малкиела*, где говорится, что, будь рынок таким идеально разумным, он вряд ли бы допустил “черную пятницу” на Нью-Йоркской бирже в 1987 г. или непомерное раздувание интернет-пузыря в 1999-2000 гг., за чем опять-таки последовал биржевой крах. Но из еще одной свежей работы, написанной Бенсом Тотом с соавторами**, следует, что Фама неправ только отчасти: хорошо информированные инсайдеры обыграть рынок все-таки могут, но обычные, средне информированные инвесторы играют хуже, чем те, кто не информирован вовсе. Конца этому научному спору, видимо, не будет.
Как бы то ни было, результаты конкурса, устроенного “Церихом”, пока свидетельствуют, что торговые роботы способны показывать положительную доходность, хотя она и не поражает воображение. Разработчики признают, что эффективные стратегии со временем слабеют, поэтому их нужно иногда обновлять, но пока это вполне удается. Недавно, к примеру, подвергся модификации робот компании “Нева-Инвест”, которая заменила горизонт прогнозирования с недели на один день. “Это повысило доходность робота на 10-15% годовых, теперь это в среднем 40-50%”, — утверждает гендиректор компании Яков Марков. У Сергея Гораджанова из “Партнеров”, по его словам, тот же уровень — в среднем 40-50% годовых, а прошлый год принес даже 90%. При этом у робота Гораджанова ограничены риски — просадки счета ниже 7% не бывает. Этим и ограничились, кстати, убытки компании в мае прошлого года, когда рынок за неделю падал на 30%.
Все эти цифры, однако, не идут ни в какое сравнение с доходностью, которую показал победитель конкурса спекулянтов на срочном рынке Forts, проведенного в сентябре-декабре прошлого года биржей РТС и , Андрей Ковиненок, игравший под псевдонимом Noxer: 4600% годовых (после вычета комиссионных — 3600%). Он совершал по несколько сотен сделок в день. Возможно ли так играть вручную? Вице-президент РТС Роман Горюнов, комментируя итоги конкурса в декабре, высказывал поддерживаемое многими предположение о том, что Noxer, как и многие активные внутридневные игроки, использовал некоего особо эффективного робота. А участие в конкурсе рассматривал как способ предложить чудо-робота на продажу. Сам Noxer говорил, что работал исключительно руками. Первопроходец российской биржевой роботизации Юрий Чеботарев утверждает, что он увидел в действиях Noxer все же признаки ручного труда, однако считает, что используемый победителем конкурса алгоритм идеален для машины: “Совершая сделки каждую минуту, что он мог учитывать? Прогнозировать, смотреть на индикаторы теханализа или новости? Нет, конечно. Речь идет исключительно о жестком контроле риска”. Программисты Triumph-AV изучают распечатки с историей действий Noxer, чтобы на основе его методики усовершенствовать своего робота.
Cотрудник московской финансовой компании Triumph-AV Юрий Чеботарев в 1994 г. играл на фондовом рынке Сингапура. В торговом зале фьючерсной биржи ему доводилось видеть знаменитого теперь на весь мир трейдера старейшего английского банка Barings Ника Лисона. Тот вел себя, по словам Чеботарева, как самоуверенный, но безответственный человек. Рисовался, громко раздавал команды направо-налево. Всякий имевший уши прекрасно слышал, что Лисон играет против продолжения падения иены и японского индекса Nikkei 225, — ну как тут не попробовать всем вместе сыграть против самого Лисона? Вскоре, как известно, Лисон из-за операций с Nikkei крепко влип, проиграв миллиарды долларов и потопив Barings. Чеботарев, который сам за первые три месяца торговли на Сингапурской бирже спустил $70 000, пришел к выводу: ошибки трейдеров обусловлены в основном психологией. Значит, человеческий фактор нужно нейтрализовать. Жесткого контроля рисков можно добиться, лишь доверив принятие решений не подверженной эмоциям компьютерной программе — торговому роботу.
ВЫХОД НА АРЕНУ
С началом эры интернет-торговли на российском рынке в 1999-2000 гг. Чеботарев, прикладной математик по образованию, окончательно переквалифицировался в разработчики электронных торговых систем. Помимо автоматизации процесса совершения сделок его программные комплексы берут на себя собственно принятие инвестиционных решений, то есть фактически выступают в роли управляющих активами. Сейчас у Чеботарева уже появились конкуренты. После нескольких лет тестирования софта его разработчики все смелее предлагают себя на рынке в качестве портфельных менеджеров.
Финансовые структуры, которые могли бы поставить дело роботизации биржевой игры на промышленные рельсы, отнеслись поначалу к идеям Чеботарева с нескрываемым скепсисом. “Я обошел около 300 банков — никакого результата, — жалуется Чеботарев. — В то же время частные клиенты доверяют программам, особенно те, кто обжегся при работе с советами реальных управляющих”. Вопрос доверия сотрудникам инвесткомпаний со стороны частных биржевых игроков, число которых все увеличивается, действительно стоит остро. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть, что пишут трейдеры на своих форумах в Интернете. Нередко даже сбои связи в моменты существенного движения рынка они объясняют злым умыслом сотрудников ИК, а управляющих мелкие инвесторы к тому же ни разу в лицо не видели.
В конце концов холдинг Triumph-AV cогласился создать под Чеботарева небольшую лабораторию управляющих роботов. Ее фирменный продукт называется RobLab. Сами “лаборанты” с его помощью в течение двух лет обыгрывали рынок, показывая доходность 105% годовых. Минувшим летом проект сумел привлечь деньги частных клиентов — на первую рекламу пошли отклики со всей страны. Доход на сегодня, впрочем, скромен: пока на комиссионных удалось заработать лишь около 100 000 руб. — 20% заработанного дохода по счетам клиентов. Но лаборатория верит, что сумеет стать серьезным конкурентом “человеческим” управляющим компаниям.
“Спрос на биржевых роботов сформировался: сейчас он превышает предложение и разработчики конкурируют не друг с другом, а с традиционными УК”, — подтверждает Сергей Давыдкин, риск-менеджер ИК “Церих кэпитал менеджмент”. Эта инвесткомпания организовала бессрочный конкурс торговых систем, эффективность которых программисты решились презентовать публично: с сентября результаты роботов на реальных счетах можно отслеживать в Интернете (http://robot.zerich.ru). Тогда же компания в рамках сайта запустила “Магазин роботов”. По словам Давыдкина, через этот ресурс заинтересованность в приобретении программ или управлении активами с их помощью выразило около 200 посетителей. Часть стала клиентами разработчиков, что последних особенно порадовало, поскольку в этом и состояла цель. Создатели софта, способного управлять активами, сравнивают свой продукт с курицей, несущей золотые яйца. Продавать ее смысла нет, лучше привлекать клиентские деньги и жить на комиссию. Явные минусы начинания — отсутствие необходимой инфраструктуры, а также опыта привлечения и обслуживания частных клиентов “технарями”.
Управление чужими деньгами, как известно, жестко регулируется государством в лице Федеральной службы по финансовым рынкам (ФСФР), поэтому создателям роботов приходится проявлять смекалку. Например, Triumph-AV заключает с клиентом, по сути, договор об аренде программного комплекса: клиент сообщает программистам логин и пароль к своему счету у интернет-брокера, а те подключают робота, который и совершает сделки. При этом ни деньги, ни ценные бумаги клиента не попадают в руки лаборатории Чеботарева, соответственно, одобрение ее деятельности чиновниками из ФСФР не требуется. Комиссия зависит от суммы дохода и оплачивается отдельно.
Робота не продают, а платить комиссию не хочется? Если вы умеете программировать, то можете создать электронного управляющего сами, как это сделал клиент компании “Брокеркредитсервис” Сергей Гораджанов, выпускник МГТУ имени Баумана, которого в прошлом году друзья пригласили работать в новую фирму “Партнеры”. Тиражировать свои программные продукты “Партнеры” также не собираются. “Чтобы найти грааль, нужен талант”, — формулирует Гораджанов. Пусть другие сами его ищут.
Профессиональные фондовики, не спеша кооперироваться с IT-компаниями, исследуют новое поле своими силами. Пока этим занимаются в основном небольшие инвесткомпании. В частности, петербургская “Нева-Инвест” давно привлекает деньги под управление силами торгового робота. Один из участников цериховского конкурса роботов, инвесткомпания VSH-Holding, входит в группу Банка проектного финансирования.
В СЕРЕДИНЕ ПУТИ
Крупные финансовые структуры, разумеется, тоже занимаются автоматизацией своей деятельности, закупая или разрабатывая собственный дорогостоящий софт, который помогает не только покупать/продавать акции, но и осуществлять функции маркетмейкера или реализовывать стратегии на рынке срочных контрактов — фьючерсов и опционов. Просто свойственный финансовым гигантам консерватизм не позволяет им полностью довериться роботам. Развиваются скорее человекомашинные системы.
Трейдер лондонского офиса Citigroup Майкл Стивенс рассказал, например, что в его банке активно используются дорогие роботы, в том числе для генерации дохода, а не только с целью автоматизации рутинной офисной деятельности. Но оставлять их один на один с рынком банк не рискует. “Мы гордимся своими системами, но пока роботы все же плотно скоординированы с людьми”, — подчеркивает Стивенс.
Черты роботов постепенно приобретают обычные торговые системы компаний, предоставляющих услуги интернет-трейдинга. Простейший уровень автоматического управления счетом — приказ на совершение сделок при достижении акцией определенной цены. Сегодня эта услуга доступна в рамках обычных торговых программ, изначальная цель которых состояла только в обеспечении доступа к торгам.
К наиболее распространенным на рынке торговым системам QUIK и NetInvestor, а также таким собственным продуктам инвесткомпаний, как, например, Z-Trade (“Церих”) или Aton-line (“Атон”), любой желающий, обладающий навыками программирования, может приспособить собственного маленького робота. Вы пишете программу, реализующую вашу личную стратегию инвестирования, и торговая система воспринимает ее команды.
К услугам инвесторов также разнообразные аналитические программы, которые инвестиционных решений сами не принимают, но дают подсказки, облегчающие принятие таких решений человеку. Пока по популярности лидируют программы, использующие технический анализ. Самые известные — MetaStock, продукт компании Equis International (подразделение Reuters), и софт фирмы Omega Research. На валютном рынке Forex — программа Metatrader. Во все системы можно импортировать и экспортировать ряды данных и анализировать графики, используя широкий набор индикаторов теханализа. На их основе вы можете либо торговать вручную, либо, как уже сказано, написать программу, выдающую сигналы на покупку или продажу активов.
Руководитель отдела консультирования дилингового центра “Альпари” (рынок Forex) Дмитрий Раннев рассказал, что сам написал программу-“советника” для Metatrader на основе около 30 валютных пар и, проверяя ее работу раз в неделю, за восемь месяцев получил доход около 100%. По словам Раннева, на освоение техники программирования, которая позволяет писать такие программы, требуется 2-3 месяца, если у вас есть хотя бы начальное представление о языке C++. Не всех это устраивает. Частный инвестор из Москвы Кирилл Кощиенко, который все расчеты для анализа рынка привык проводить в Excel, изучать языки программирования не стал. Да и зачем, когда работа по трем валютным парам на Forex по давно отлаженной системе и так приносит около 100% годовых дохода? Суть же не в программе как таковой, а в той стратегии инвестирования, которую вы в нее заложите. “Основное преимущество использования торговых роботов на валютном рынке — экономия времени при уже составленной стратегии инвестирования. Без понимания основ рынка надеяться не на что”, — подтверждает вице-президент компании Forex Club Петр Татарников.
ВЕНЕЦ ТВОРЕНИЯ
А сколько можно заработать, если довериться торговому роботу? Не желая терять монополию на свои ноу-хау, разработчики роботов приводят еще один довод против продажи своего заветного софта. По их убеждению, одновременная игра большого количества участников рынка с использованием одного и того же алгоритма сведет на нет его эффективность, то есть массовость убьет программу. Довод заставляет вспомнить гипотезу об эффективности рынка, высказанную американским экономистом Юджином Фамой в 1970 г. Если вкратце, то суть гипотезы Фамы состоит в том, что рынок моментально и адекватно реагирует на любые события, а будущее его поведение не зависит от прошлого и потому непредсказуемо. Таким образом, рынок обыграть невозможно, а работа инвестиционных аналитиков и специалистов по техническому анализу лишена смысла. В самом деле, кого вы хотите обыграть, если все в состоянии так же глубоко изучить теханализ и следовать его рекомендациям? По аналогии лишены смысла и торговые роботы, когда они у всех есть. Да хоть бы и не у всех — рынок все равно не обыграть “по науке”, а только если повезет.
За без малого четыре десятка лет, впрочем, количество приверженцев теории Фамы сильно уменьшилось. Ряд убедительных возражений приведен, к примеру, в статье Бертона Малкиела*, где говорится, что, будь рынок таким идеально разумным, он вряд ли бы допустил “черную пятницу” на Нью-Йоркской бирже в 1987 г. или непомерное раздувание интернет-пузыря в 1999-2000 гг., за чем опять-таки последовал биржевой крах. Но из еще одной свежей работы, написанной Бенсом Тотом с соавторами**, следует, что Фама неправ только отчасти: хорошо информированные инсайдеры обыграть рынок все-таки могут, но обычные, средне информированные инвесторы играют хуже, чем те, кто не информирован вовсе. Конца этому научному спору, видимо, не будет.
Как бы то ни было, результаты конкурса, устроенного “Церихом”, пока свидетельствуют, что торговые роботы способны показывать положительную доходность, хотя она и не поражает воображение. Разработчики признают, что эффективные стратегии со временем слабеют, поэтому их нужно иногда обновлять, но пока это вполне удается. Недавно, к примеру, подвергся модификации робот компании “Нева-Инвест”, которая заменила горизонт прогнозирования с недели на один день. “Это повысило доходность робота на 10-15% годовых, теперь это в среднем 40-50%”, — утверждает гендиректор компании Яков Марков. У Сергея Гораджанова из “Партнеров”, по его словам, тот же уровень — в среднем 40-50% годовых, а прошлый год принес даже 90%. При этом у робота Гораджанова ограничены риски — просадки счета ниже 7% не бывает. Этим и ограничились, кстати, убытки компании в мае прошлого года, когда рынок за неделю падал на 30%.
Все эти цифры, однако, не идут ни в какое сравнение с доходностью, которую показал победитель конкурса спекулянтов на срочном рынке Forts, проведенного в сентябре-декабре прошлого года биржей РТС и , Андрей Ковиненок, игравший под псевдонимом Noxer: 4600% годовых (после вычета комиссионных — 3600%). Он совершал по несколько сотен сделок в день. Возможно ли так играть вручную? Вице-президент РТС Роман Горюнов, комментируя итоги конкурса в декабре, высказывал поддерживаемое многими предположение о том, что Noxer, как и многие активные внутридневные игроки, использовал некоего особо эффективного робота. А участие в конкурсе рассматривал как способ предложить чудо-робота на продажу. Сам Noxer говорил, что работал исключительно руками. Первопроходец российской биржевой роботизации Юрий Чеботарев утверждает, что он увидел в действиях Noxer все же признаки ручного труда, однако считает, что используемый победителем конкурса алгоритм идеален для машины: “Совершая сделки каждую минуту, что он мог учитывать? Прогнозировать, смотреть на индикаторы теханализа или новости? Нет, конечно. Речь идет исключительно о жестком контроле риска”. Программисты Triumph-AV изучают распечатки с историей действий Noxer, чтобы на основе его методики усовершенствовать своего робота.
