Поглощение российских банков осуществляется прежде всего иностранными финансовыми институтами. Российские кредитные организации за редким исключением предпочитают расти самостоятельно, не поглощая конкурентов.
Последние два года российский бизнес был охвачен волной слияний и поглощений (M&A). По данным информационного портала Mergers.ru, общая стоимость сделок этого типа в прошлом году достигла $58,9 млрд и в нынешнем году составит около $50 млрд ($24,5 млрд по итогам первого полугодия). Крупнейшей операцией стала покупка «Газпромом» 75% акций «Сибнефти» на сумму $13,1 млрд. Банковский сектор на этом фоне выглядит не самым активным. На банки в стоимостном выражении приходится примерно 4 – 5% от всех сделок M&A, или $2 – 2,5 млрд. Тем не менее игнорировать данный сегмент нельзя хотя бы потому, что именно через поглощение банков на российский рынок приникают крупнейшие финансовые институты мира.
Приход европейских гигантов
В текущем году примерно половина всех средств, вложенных в покупку российских банковских активов, пришлась на три сделки. Первая – это приобретение австрийским Raiffeisen Импэксбанка (оценочная сумма операции – $550 млн). Далее следует покупка акций Росбанка французским Societe Generale ($317 млн) и приобретение Инвестсбербанка венгерским OTP-Bank ($477 млн). В двух случаях из трех речь идет об упрочении в России позиций крупнейших финансово-банковских групп Европы. Если же говорить о венгерском банке, то он, безусловно, представляет собой самую агрессивную банковскую структуру Восточной Европы, пытающуюся приобретать дочерние банки во всех странах бывшего социалистического лагеря. Как отмечает управляющий директор, начальник управления слияний и поглощений и корпоративного консалтинга Альфа-банка Рафаэль Нагапетьянц, с начала 2006 года основную долю в M&A-сделках в российском банковском секторе составляли операции с участием крупных иностранных финансовых институтов в роли покупателя.
Пожалуй, особо следует обратить внимание на сделку между Societe Generale и структурами Владимира Потанина по продаже акций Росбанка. Как известно, эта сделка сопровождалась предоставлением опциона. Он дает французам возможность до 2008 года купить контрольный пакет акций российского банка за $1,7 млрд. В случае с Росбанком мы являемся свидетелями первого этапа сделки, когда банк, входящий в первую десятку крупнейших российских кредитных организаций, перешел бы под контроль иностранцев.
Доминирующий тип
Все сделки по слиянию и поглощению на финансовом рынке можно условно разделить на несколько типов. Это покупки крупных отечественных банков крупными же иностранными. Затем приход в Россию сравнительно небольших финансовых структур – главным образом из соседних, граничащих с РФ государств, которые покупают некрупные российские кредитные организации в качестве плацдармов для своего внедрения в страну.
Сделки третьего типа реализуются в ходе создания отечественных финансовых групп – когда большая федеральная финансовая структура начинает приобретать региональные банки.
Наконец, четвертый тип сделок – покупка небольших банков небанковскими структурами, приобретающими себе таким образом «личный кошелек».
Поглощение финансовых институтов иностранцами – явно доминирующий тип поглощений. По мнению Рафаэля Нагапетьянца, в течение 2005 года банки-нерезиденты вкладывали средства в уставный капитал российских банков в семь раз активнее отечественных инвесторов. Можно предположить, что этот процесс будет нарастать – хотя бы потому, что в конце сентября правительство РФ одобрило законопроект, предусматривающий уравнивание в правах резидентов и нерезидентов при покупке долей в российских кредитных организациях. С начала 2005 года по июль 2006-го доля кредитных организаций с участием нерезидентов в совокупном уставном капитале банковской системы возросла вдвое: с 6,2% до 12,9%. По данным ЦБ, на 1 сентября в России работали 144 кредитные организации с иностранным участием, причем в капитале 62 из них доля иностранных владельцев превышала 50%.
Между Европой и Казахстаном
Наибольшую активность при внедрении в России проявляют банки ЕС – это видно не только по крупнейшим сделкам, о которых было сказано выше, но и по поглощениям второго и третьего эшелонов. Примером таких сравнительно небольших поглощений может служить произошедшая весной покупка санкт-петербургского банка «Промышленность и финансы» (Профибанк) финской банковско-страховой группой Sampo. Сделка явно не была особо масштабной – все активы Профибанка в сумме составляли чуть более 40 млн руб. Как отмечает управляющий директор дирекции корпоративных финансов инвестиционного банка «ТРАСТ» Михаил Гришакин, пока по сравнению с американскими финансовыми институтами европейские проявляют большую активность на российском рынке – говорить об этом можно хотя бы потому, что наиболее значимые сделки года были проведены с участием именно европейских банков.
В то же время, по мнению старшего консультанта компании AGA Management Ивана Гончара, говорить о том, что европейские кредитные организации массово внедряются на российский рынок, несколько преждевременно. Ведь в РФ сформировались сильные и устойчивые национальные игроки, которые вполне успешно конкурируют с зарубежными банками.
Стоит отметить, что наряду с европейскими структурами на российский рынок довольно активно пробиваются банки из стран СНГ и прежде всего из Казахстана. Так, в конце прошлого – начале нынешнего года АТФ-банк, четвертый по величине финансовый институт Казахстана, купил небольшой омский банк «Сибирь», заявив о намерении увеличить его уставный капитал до $10 млн. Подконтрольные казахстанским банкам структуры уже действуют в Омске, Челябинске, Казани и Астрахани. Из казахстанских банков в нашей стране наиболее широко представлен «Тураналем», сумевший сформировать финансовую группу из четырех российских банков (Славинвестбанк, Омск-банк, «БТА-Казань», Агроинкомбанк). Всего на сегодняшний день в РФ действуют 11 кредитных организаций, контролируемых банками из стран СНГ, в том числе 7 – казахстанскими.
Разрастание империй
Еще один распространенный тип поглощений связан с «разрастанием» отечественных финансово-банковских групп. К числу таких групп, проводящих агрессивную политику роста, относят «Восточно-Европейскую финансовую корпорацию» (ВЕФК) и Конверсбанк.
Последним приобретением ВЕФК стали купленные в середине октября 94% акций московского банка «Рост». К моменту покупки в корпорацию уже входило 6 банков: Петро-Аэро-банк, Инкасбанк, Русский торгово-промышленный банк, Выборг-банк, Уральский трастовый банк и Банк ВЕФК. Филиальная сеть корпорации насчитывала свыше 250 подразделений на территории 14 российских регионов.
Другой известной «многобрендовой» банковской империей является Международная финансовая группа «Конверсбанк», чьи «щупальца» протянулись за пределы Российской Федерации: среди десятка входящих в группу банков – английский Conversbank (UK) Limited, литовский Bankas Snoras и латышский Latvijas Krajbanka. В 2006 году группа приобрела небольшой екатеринбургский банк «Гран».
Другие кредитные организации тоже начали строительство своих империй. В частности, московский банк «Губернский» объявил о своих намерениях сформировать межрегиональную банковскую группу. Первым шагом по реализации этих планов стала покупка новосибирского банка «Сибирское согласие».
Впрочем, обилие брендов, собранных под «знамена» этих финансовых групп, не делает их гигантами: например, все структуры группы Конверсбанка в сумме по объему капитала и активов стоят примерно одну треть Росбанка.
Также обращает на себя внимание тот факт, что российские финансовые группы, сосредоточивая под своим крылом большое количество кредитных организаций, не спешат перевести их под единый бренд. Западные финансовые институты, как правило, переименовывают купленные в России банковские учреждения. Эксперты сходятся на том, что это явление временное. «Я не вижу смысла в существовании многобрендовых групп», – уверен Михаил Гришакин из банка «ТРАСТ». По мнению председателя правления СДМ-банка Максима Солнцева, существование многобрендовых групп оправданно в течение переходного этапа, чтобы не потерять привлекательность отдельных сильных брендов. На завершающем этапе слияния особого смысла в «многобрендовости» уже нет, что и подтверждает пример Raiffeisen и Импэксбанка.
Некоторые эксперты считают, что многобрендовость может иметь значение, если каждая из структур специализируется на определенном банковском продукте. «Иногда сохранение старого бренда наряду с новым позволяет сохранить обе клиентские группы двух банков до объединения», – отмечает вице-президент БИНБАНКа Ирина Комарова.
«Это вполне оправданно, если аудитория и клиенты компаний, входящих в группу банков, не пересекаются, – считает начальник отдела межбанковских рисков Промсвязьбанка Алексей Когорев. – Так, у группы могут быть различные направления под разными брендами – банк для корпоративных клиентов, розничный банк или инвестбанк. Тем не менее сейчас наблюдается тенденция по объединению брендов внутри группы, полностью или каких-то элементов, – единообразие в стиле оформления офисов, вывесок или логотипа».
Кошелек для предпринимателя
Последним типом поглощений является покупка банков небанковской структурой. Включение небольших кредитных организаций в состав небанковского бизнеса в качестве его составной части было стандартным ходом руководства крупных компаний в середине 1990-х годов. Тогда многие корпорации стремились приобрести собственный карманный банк, некоторые учреждали их с нуля. Но эта тенденция сошла на нет – во-первых, из-за стремления корпораций выводить непрофильные функции на аутсорсинг, во-вторых, по причине роста накладных расходов, связанных с поддержанием существования банков, и в-третьих, из-за осознания того факта, что финансовый институт может быть ценным активом только в том случае, если не замыкается на обслуживании ограниченного круга клиентов.
Впрочем, некоторые компании по-прежнему пытаются сделать собственный банк частью своей бизнес-стратегии. В нынешнем году мы стали свидетелями очередной подобной попытки покупки банка «Финсервис» сетью универсамов «Седьмой континент». Руководство торговой сети заявило, что собирается использовать банк для развития программы лояльности покупателей с применением дисконтно-бонусных кобрендовых карт.
Другой, менее известный пример – покупка крупнейшей управляющей компанией страны «БрокерКредитСервис» (БКС) новосибирского банка «Рось». Представители БКС заявили, что «приобретение банка – логичный шаг на пути реализации стратегии БКС Full Service Brokerage, направленной на предоставление полного комплекса финансовых услуг клиентам».
Наконец, в этом году структура, аффилированная с известной риэлтерской фирмой «МИАН», приобрела контрольный пакет акций Русского ипотечного банка. Однако, как именно банк будет интегрирован в бизнес «МИАНа», пока неясно. Совладелец риэлтерского агентства Александр Сенаторов заявил, что «эту сделку стоит расценивать прежде всего как выгодные инвестиции».
Сравнительно редко в России слияния и объединения банков случаются на равноправной основе. Примером этого в 2006 году стало объединение Сибакадембанка и Уралвнешторгбанка, в результате которого появится новый «УРСА Банк», имеющий шансы занять 5-е место в стране по количеству филиалов. Активы объединенного банка составят около 40 млрд руб., капитал – 4,5 млрд руб., что позволит ему войти в тридцатку крупнейших кредитных организаций России.
Идут объединения и более мелких масштабов. В начале года два самарских банка – «НОВА Банк» (ЗАО) и «Самарский кредит» (ОАО КБ) – завершили процесс объединения, в результате на свет появилось ЗАО «Первый объединенный банк».
Всего, как заявил недавно глава ЦБ Сергей Игнатьев, в 2005 году объединились 14 отечественных банков, а с начала 2006 года к трем банковским организациям присоединились еще четыре. Кроме того, был зарегистрирован первый случай слияния банков.
Что дальше
Куда же дальше двинется процесс слияний и поглощений в банковском секторе? Ряд экспертов считают, что самым привлекательным объектом для поглощений являются банки с развитой розницей. «На наш взгляд, наибольшую инвестиционную привлекательность имеют банки, имеющие разветвленную региональную сеть, а также диверсифицированный бизнес, розничных и корпоративных клиентов», – полагает Михаил Гришакин из «ТРАСТа».
По мнению Ивана Гончара из AGA Management, «можно ожидать дальнейшей консолидации банковского рынка, проводимой участниками рынка, не входящими в ТОП-100, в целях повышения капитализации и облегчения доступа к заемным средствам».
«Продолжатся слияния и поглощения небольших банков с целью выйти на региональный уровень, – уверен Алексей Когорев из Промсвязьбанка. – На текущий момент именно региональная сеть является одним из ключевых факторов при оценке бизнеса банка, ее размер и эффективность может стать серьезным аргументом при торговле со стратегическим инвестором. Именно поэтому крупные банки будут поглощать мелкие банки в регионах».
Разумеется, интересно не только то, какие банки начнут скупать, но и то, кто будет заниматься поглощением. «Слияния и поглощения на российском рынке будут происходить в два этапа. На первом этапе доминировать будут иностранные банки. Затем начнется второй этап – внутренняя консолидация: крупные российские финансовые институты будут поглощать более мелкие. Некоторые региональные банки в условиях роста конкуренции станут объединяться в банковские группы», – считает глава Абсолют Банка Николай Сидоров.
Сегодня наш рынок также интересен для инвесторов стран Азии и Дальнего Востока. В этом году в РФ уже появилось несколько крупнейших японских банков, и скорее всего мы можем ожидать появления и других азиатских инвесторов.
«Очевидно, что основной тренд в M&A-сделках – это продолжение консолидации банковского сектора вокруг крупнейших российских банковских групп и банков-нерезидентов», – резюмирует Рафаэль Нагапетьянц.
Роль государства
Разумеется, активными участниками процессов слияний и поглощений станут государственные структуры. Самую агрессивную политику в этой сфере проводит Внешторгбанк, который за последние годы осуществил несколько крупных сделок, серьезно повысивших его капитализацию в преддверии намеченного на 2007 год IPO. Так, летом 2004 года он приобрел 85,8% акций Гута-банка, который впоследствии был переименован в ЗАО «Внешторгбанк – розничные услуги» и теперь работает под брендом ВТБ-24. В конце 2005-го ВТБ стал владельцем пяти росзагранбанков, выкупив их акции у ЦБ РФ, а за последний год в группу ВТБ вошли два банка на Украине и по одному в Армении и Грузии. И это не считая приобретения ПСБ, с которым Внешторгбанк переходит на единую акцию. Государство ставит перед собой задачу во всех стратегических отраслях экономики контролировать лидеров отрасли, поэтому продолжение экспансии Внешторгбанка вполне логично. Что подтверждает намерения ВТБ создать дочерние структуры в Китае, Вьетнаме, Анголе, Индии, а также приобрести банки в Молдавии и Азербайджане.
Кроме того, не надо забывать про создание Государственной корпорации развития. Схема «самого громкого» слияния будущего года фактически уже известна. В корпорацию войдут Российский банк развития, Российский экспортно-импортный банк и Внешэкономбанк. Возможно, ВТБ и Сбербанк станут открывать филиалы в регионах, пойдут в страны СНГ. Так что государство по-прежнему будет «править бал» на банковском рынке.
Последние два года российский бизнес был охвачен волной слияний и поглощений (M&A). По данным информационного портала Mergers.ru, общая стоимость сделок этого типа в прошлом году достигла $58,9 млрд и в нынешнем году составит около $50 млрд ($24,5 млрд по итогам первого полугодия). Крупнейшей операцией стала покупка «Газпромом» 75% акций «Сибнефти» на сумму $13,1 млрд. Банковский сектор на этом фоне выглядит не самым активным. На банки в стоимостном выражении приходится примерно 4 – 5% от всех сделок M&A, или $2 – 2,5 млрд. Тем не менее игнорировать данный сегмент нельзя хотя бы потому, что именно через поглощение банков на российский рынок приникают крупнейшие финансовые институты мира.
Приход европейских гигантов
В текущем году примерно половина всех средств, вложенных в покупку российских банковских активов, пришлась на три сделки. Первая – это приобретение австрийским Raiffeisen Импэксбанка (оценочная сумма операции – $550 млн). Далее следует покупка акций Росбанка французским Societe Generale ($317 млн) и приобретение Инвестсбербанка венгерским OTP-Bank ($477 млн). В двух случаях из трех речь идет об упрочении в России позиций крупнейших финансово-банковских групп Европы. Если же говорить о венгерском банке, то он, безусловно, представляет собой самую агрессивную банковскую структуру Восточной Европы, пытающуюся приобретать дочерние банки во всех странах бывшего социалистического лагеря. Как отмечает управляющий директор, начальник управления слияний и поглощений и корпоративного консалтинга Альфа-банка Рафаэль Нагапетьянц, с начала 2006 года основную долю в M&A-сделках в российском банковском секторе составляли операции с участием крупных иностранных финансовых институтов в роли покупателя.
Пожалуй, особо следует обратить внимание на сделку между Societe Generale и структурами Владимира Потанина по продаже акций Росбанка. Как известно, эта сделка сопровождалась предоставлением опциона. Он дает французам возможность до 2008 года купить контрольный пакет акций российского банка за $1,7 млрд. В случае с Росбанком мы являемся свидетелями первого этапа сделки, когда банк, входящий в первую десятку крупнейших российских кредитных организаций, перешел бы под контроль иностранцев.
Доминирующий тип
Все сделки по слиянию и поглощению на финансовом рынке можно условно разделить на несколько типов. Это покупки крупных отечественных банков крупными же иностранными. Затем приход в Россию сравнительно небольших финансовых структур – главным образом из соседних, граничащих с РФ государств, которые покупают некрупные российские кредитные организации в качестве плацдармов для своего внедрения в страну.
Сделки третьего типа реализуются в ходе создания отечественных финансовых групп – когда большая федеральная финансовая структура начинает приобретать региональные банки.
Наконец, четвертый тип сделок – покупка небольших банков небанковскими структурами, приобретающими себе таким образом «личный кошелек».
Поглощение финансовых институтов иностранцами – явно доминирующий тип поглощений. По мнению Рафаэля Нагапетьянца, в течение 2005 года банки-нерезиденты вкладывали средства в уставный капитал российских банков в семь раз активнее отечественных инвесторов. Можно предположить, что этот процесс будет нарастать – хотя бы потому, что в конце сентября правительство РФ одобрило законопроект, предусматривающий уравнивание в правах резидентов и нерезидентов при покупке долей в российских кредитных организациях. С начала 2005 года по июль 2006-го доля кредитных организаций с участием нерезидентов в совокупном уставном капитале банковской системы возросла вдвое: с 6,2% до 12,9%. По данным ЦБ, на 1 сентября в России работали 144 кредитные организации с иностранным участием, причем в капитале 62 из них доля иностранных владельцев превышала 50%.
Между Европой и Казахстаном
Наибольшую активность при внедрении в России проявляют банки ЕС – это видно не только по крупнейшим сделкам, о которых было сказано выше, но и по поглощениям второго и третьего эшелонов. Примером таких сравнительно небольших поглощений может служить произошедшая весной покупка санкт-петербургского банка «Промышленность и финансы» (Профибанк) финской банковско-страховой группой Sampo. Сделка явно не была особо масштабной – все активы Профибанка в сумме составляли чуть более 40 млн руб. Как отмечает управляющий директор дирекции корпоративных финансов инвестиционного банка «ТРАСТ» Михаил Гришакин, пока по сравнению с американскими финансовыми институтами европейские проявляют большую активность на российском рынке – говорить об этом можно хотя бы потому, что наиболее значимые сделки года были проведены с участием именно европейских банков.
В то же время, по мнению старшего консультанта компании AGA Management Ивана Гончара, говорить о том, что европейские кредитные организации массово внедряются на российский рынок, несколько преждевременно. Ведь в РФ сформировались сильные и устойчивые национальные игроки, которые вполне успешно конкурируют с зарубежными банками.
Стоит отметить, что наряду с европейскими структурами на российский рынок довольно активно пробиваются банки из стран СНГ и прежде всего из Казахстана. Так, в конце прошлого – начале нынешнего года АТФ-банк, четвертый по величине финансовый институт Казахстана, купил небольшой омский банк «Сибирь», заявив о намерении увеличить его уставный капитал до $10 млн. Подконтрольные казахстанским банкам структуры уже действуют в Омске, Челябинске, Казани и Астрахани. Из казахстанских банков в нашей стране наиболее широко представлен «Тураналем», сумевший сформировать финансовую группу из четырех российских банков (Славинвестбанк, Омск-банк, «БТА-Казань», Агроинкомбанк). Всего на сегодняшний день в РФ действуют 11 кредитных организаций, контролируемых банками из стран СНГ, в том числе 7 – казахстанскими.
Разрастание империй
Еще один распространенный тип поглощений связан с «разрастанием» отечественных финансово-банковских групп. К числу таких групп, проводящих агрессивную политику роста, относят «Восточно-Европейскую финансовую корпорацию» (ВЕФК) и Конверсбанк.
Последним приобретением ВЕФК стали купленные в середине октября 94% акций московского банка «Рост». К моменту покупки в корпорацию уже входило 6 банков: Петро-Аэро-банк, Инкасбанк, Русский торгово-промышленный банк, Выборг-банк, Уральский трастовый банк и Банк ВЕФК. Филиальная сеть корпорации насчитывала свыше 250 подразделений на территории 14 российских регионов.
Другой известной «многобрендовой» банковской империей является Международная финансовая группа «Конверсбанк», чьи «щупальца» протянулись за пределы Российской Федерации: среди десятка входящих в группу банков – английский Conversbank (UK) Limited, литовский Bankas Snoras и латышский Latvijas Krajbanka. В 2006 году группа приобрела небольшой екатеринбургский банк «Гран».
Другие кредитные организации тоже начали строительство своих империй. В частности, московский банк «Губернский» объявил о своих намерениях сформировать межрегиональную банковскую группу. Первым шагом по реализации этих планов стала покупка новосибирского банка «Сибирское согласие».
Впрочем, обилие брендов, собранных под «знамена» этих финансовых групп, не делает их гигантами: например, все структуры группы Конверсбанка в сумме по объему капитала и активов стоят примерно одну треть Росбанка.
Также обращает на себя внимание тот факт, что российские финансовые группы, сосредоточивая под своим крылом большое количество кредитных организаций, не спешат перевести их под единый бренд. Западные финансовые институты, как правило, переименовывают купленные в России банковские учреждения. Эксперты сходятся на том, что это явление временное. «Я не вижу смысла в существовании многобрендовых групп», – уверен Михаил Гришакин из банка «ТРАСТ». По мнению председателя правления СДМ-банка Максима Солнцева, существование многобрендовых групп оправданно в течение переходного этапа, чтобы не потерять привлекательность отдельных сильных брендов. На завершающем этапе слияния особого смысла в «многобрендовости» уже нет, что и подтверждает пример Raiffeisen и Импэксбанка.
Некоторые эксперты считают, что многобрендовость может иметь значение, если каждая из структур специализируется на определенном банковском продукте. «Иногда сохранение старого бренда наряду с новым позволяет сохранить обе клиентские группы двух банков до объединения», – отмечает вице-президент БИНБАНКа Ирина Комарова.
«Это вполне оправданно, если аудитория и клиенты компаний, входящих в группу банков, не пересекаются, – считает начальник отдела межбанковских рисков Промсвязьбанка Алексей Когорев. – Так, у группы могут быть различные направления под разными брендами – банк для корпоративных клиентов, розничный банк или инвестбанк. Тем не менее сейчас наблюдается тенденция по объединению брендов внутри группы, полностью или каких-то элементов, – единообразие в стиле оформления офисов, вывесок или логотипа».
Кошелек для предпринимателя
Последним типом поглощений является покупка банков небанковской структурой. Включение небольших кредитных организаций в состав небанковского бизнеса в качестве его составной части было стандартным ходом руководства крупных компаний в середине 1990-х годов. Тогда многие корпорации стремились приобрести собственный карманный банк, некоторые учреждали их с нуля. Но эта тенденция сошла на нет – во-первых, из-за стремления корпораций выводить непрофильные функции на аутсорсинг, во-вторых, по причине роста накладных расходов, связанных с поддержанием существования банков, и в-третьих, из-за осознания того факта, что финансовый институт может быть ценным активом только в том случае, если не замыкается на обслуживании ограниченного круга клиентов.
Впрочем, некоторые компании по-прежнему пытаются сделать собственный банк частью своей бизнес-стратегии. В нынешнем году мы стали свидетелями очередной подобной попытки покупки банка «Финсервис» сетью универсамов «Седьмой континент». Руководство торговой сети заявило, что собирается использовать банк для развития программы лояльности покупателей с применением дисконтно-бонусных кобрендовых карт.
Другой, менее известный пример – покупка крупнейшей управляющей компанией страны «БрокерКредитСервис» (БКС) новосибирского банка «Рось». Представители БКС заявили, что «приобретение банка – логичный шаг на пути реализации стратегии БКС Full Service Brokerage, направленной на предоставление полного комплекса финансовых услуг клиентам».
Наконец, в этом году структура, аффилированная с известной риэлтерской фирмой «МИАН», приобрела контрольный пакет акций Русского ипотечного банка. Однако, как именно банк будет интегрирован в бизнес «МИАНа», пока неясно. Совладелец риэлтерского агентства Александр Сенаторов заявил, что «эту сделку стоит расценивать прежде всего как выгодные инвестиции».
Сравнительно редко в России слияния и объединения банков случаются на равноправной основе. Примером этого в 2006 году стало объединение Сибакадембанка и Уралвнешторгбанка, в результате которого появится новый «УРСА Банк», имеющий шансы занять 5-е место в стране по количеству филиалов. Активы объединенного банка составят около 40 млрд руб., капитал – 4,5 млрд руб., что позволит ему войти в тридцатку крупнейших кредитных организаций России.
Идут объединения и более мелких масштабов. В начале года два самарских банка – «НОВА Банк» (ЗАО) и «Самарский кредит» (ОАО КБ) – завершили процесс объединения, в результате на свет появилось ЗАО «Первый объединенный банк».
Всего, как заявил недавно глава ЦБ Сергей Игнатьев, в 2005 году объединились 14 отечественных банков, а с начала 2006 года к трем банковским организациям присоединились еще четыре. Кроме того, был зарегистрирован первый случай слияния банков.
Что дальше
Куда же дальше двинется процесс слияний и поглощений в банковском секторе? Ряд экспертов считают, что самым привлекательным объектом для поглощений являются банки с развитой розницей. «На наш взгляд, наибольшую инвестиционную привлекательность имеют банки, имеющие разветвленную региональную сеть, а также диверсифицированный бизнес, розничных и корпоративных клиентов», – полагает Михаил Гришакин из «ТРАСТа».
По мнению Ивана Гончара из AGA Management, «можно ожидать дальнейшей консолидации банковского рынка, проводимой участниками рынка, не входящими в ТОП-100, в целях повышения капитализации и облегчения доступа к заемным средствам».
«Продолжатся слияния и поглощения небольших банков с целью выйти на региональный уровень, – уверен Алексей Когорев из Промсвязьбанка. – На текущий момент именно региональная сеть является одним из ключевых факторов при оценке бизнеса банка, ее размер и эффективность может стать серьезным аргументом при торговле со стратегическим инвестором. Именно поэтому крупные банки будут поглощать мелкие банки в регионах».
Разумеется, интересно не только то, какие банки начнут скупать, но и то, кто будет заниматься поглощением. «Слияния и поглощения на российском рынке будут происходить в два этапа. На первом этапе доминировать будут иностранные банки. Затем начнется второй этап – внутренняя консолидация: крупные российские финансовые институты будут поглощать более мелкие. Некоторые региональные банки в условиях роста конкуренции станут объединяться в банковские группы», – считает глава Абсолют Банка Николай Сидоров.
Сегодня наш рынок также интересен для инвесторов стран Азии и Дальнего Востока. В этом году в РФ уже появилось несколько крупнейших японских банков, и скорее всего мы можем ожидать появления и других азиатских инвесторов.
«Очевидно, что основной тренд в M&A-сделках – это продолжение консолидации банковского сектора вокруг крупнейших российских банковских групп и банков-нерезидентов», – резюмирует Рафаэль Нагапетьянц.
Роль государства
Разумеется, активными участниками процессов слияний и поглощений станут государственные структуры. Самую агрессивную политику в этой сфере проводит Внешторгбанк, который за последние годы осуществил несколько крупных сделок, серьезно повысивших его капитализацию в преддверии намеченного на 2007 год IPO. Так, летом 2004 года он приобрел 85,8% акций Гута-банка, который впоследствии был переименован в ЗАО «Внешторгбанк – розничные услуги» и теперь работает под брендом ВТБ-24. В конце 2005-го ВТБ стал владельцем пяти росзагранбанков, выкупив их акции у ЦБ РФ, а за последний год в группу ВТБ вошли два банка на Украине и по одному в Армении и Грузии. И это не считая приобретения ПСБ, с которым Внешторгбанк переходит на единую акцию. Государство ставит перед собой задачу во всех стратегических отраслях экономики контролировать лидеров отрасли, поэтому продолжение экспансии Внешторгбанка вполне логично. Что подтверждает намерения ВТБ создать дочерние структуры в Китае, Вьетнаме, Анголе, Индии, а также приобрести банки в Молдавии и Азербайджане.
Кроме того, не надо забывать про создание Государственной корпорации развития. Схема «самого громкого» слияния будущего года фактически уже известна. В корпорацию войдут Российский банк развития, Российский экспортно-импортный банк и Внешэкономбанк. Возможно, ВТБ и Сбербанк станут открывать филиалы в регионах, пойдут в страны СНГ. Так что государство по-прежнему будет «править бал» на банковском рынке.
